— С кем ты говоришь? — нетерпеливо спрашивает Кирикэ.
— Старик какой-то из дальнего села… Парня женит!.. Алло!
— Держи связь!.. А когда свадьба?
— Сейчас выясним… Алло!
Телега трогается. В эфире — жуткий хаос, сплошные помехи. Кто-то передает метеосводку, кто-то молится на турецком или арабском, кто-то отбивает чечетку…
Лошадь тащит телегу напрямик через поле. Качаются воткнутые в кузов косы, на которых развешен провод антенны.
Илие лихорадочно крутит верньеры рации:
— Алло! Алло!
И снова прорывается к нашим героям далекий голос:
«Молодцы, ребята! Красавцы!»
— Алло, дед! Говори громче! Когда свадьба? Алло!..
Телега въезжает в село, но музыканты ничего не замечают.
— Если б ты знал, как мы играем!
«Послушаем», — отзывается рация.
— А больше у вас никто жениться не думает?
«Поищем…»
Увы, паши музыканты так увлечены этим диалогом, что потеряли бдительность и до них не доходит, что все происходящее — очередной розыгрыш шкодного деда Лисандру. Он сидит у окна возле правленческой рации и с нескрываемым удовольствием наблюдает, как телега с музыкантами подъезжает к самому правлению.
Нелепая ситуация. Собеседники находятся в двух шагах друг от друга, а разговаривают так, словно их разделяют сотни километров. Музыканты сторожа не видят.
— Эй, фольклористы! Громче! Вас плохо слышно! — измывается он.
— Алло, дедушка! Алло!
Лисандру отключает рацию и, не прерывая разговора, подходит прямо к окну:
— Все, ребята, только вас нанимаю, и никого другого!
— Да когда же свадьба, дед? — кричит совершенно издерганный Илие.
— Бешеные деньги вам заплачу… уж больно вы мне понравились!
— Да какие деньги, дедушка! Мы бесплатно… хоть целую неделю!
— А транспорт у вас есть? — Лисандру, перегнувшись из окна, обнимает музыкантов за плечи.
— Есть! У нас все есть!
— Тогда жду… Целую! Привет!
— Постой, а когда ехать? Куда? Алло! Где ты, дедушка?
— Тута… — Лисандру выключает рацию в телеге. — Тута я.