Спасти Спасителя. Клад, который не достался никому: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В воспоминаниях своих соратников Наполеона предстал не демоническим вершителем судеб мира, гениальным стратегом, с неизменно горящим взглядом, не ведающим никаких сомнений. А обычным человеком, капризным, изнеженным, заботливо кутавшим свое упитанное тело в теплую шубу и русскую шапку – ушанку. В учебниках не увидишь портрета императора, укутанного как малолетний ребенок, с завязанным вокруг полных щек шарфом.

Сценарий войны развивался для него неожиданно, и из самоуверенного, неспособного на сомнения вершителя судеб он за несколько месяцев превратился в озлобленного и тщательно скрывающего свою растерянность неудачника.

Как любой диктатор, он беззастенчиво лгал своим соотечественникам, скрывая невыгодную для себя правду, и, не колеблясь, приносил в жертву своим амбициям и ошибкам сотни тысяч человеческих жизней.

И без зазрения совести принимал жертвы от преданных ему людей. Во время отступления солдаты умирали от холода в белорусских лесах, отдав своему императору дрова, добытые для своего костра, у которого они могли бы выжить.

Неприязненное отношение к Наполеону сменилось в душе Петровича пренебрежительным призрением. Великий человек в своих слабостях оказался банален, как простой смертный.

Кутузов в отличие от Наполеона не имел возможности поступать по своей воле. Он, например, понимал, что «величайшее» сражение у Бородино – совершенно бессмысленным мероприятием с точки зрения военной стратегии. Он знал, что русская армия не сможет остановить в открытом бою хорошо обученное войско, возглавляемое гениальным стратегом.

Отдавая распоряжение о выборе места боя, Кутузов знал, что русским придется отдать столицу врагу. Понимал, что разумнее было бы придерживаться тактики, выбранной с начала войны – ускользать от французов, избегая прямых сражений, которых Наполеон так жаждал, не сомневаясь и вполне справедливо, в своем превосходстве.

Но отдать «священную столицу России» без боя Кутузов не имел права. Постоянным отступлением русской армии были недовольны и офицеры, и солдаты. И главное, император Александр Первый. И еще больше этим был недоволен противник.

Наполеон был уверен, что легко разгромит русских и получит возможность требовать мира на своих условиях.

И Кутузов вынужден был принести в жертву общественного мнения, говоря современным языком, свой имидж. И старый царедворец пошел на эту жертву.

Наполеону нужен был бой любой ценой: в Париже жаждали победных реляций от императора. Он не сомневался в исходе битвы, и накануне боя говорил о России, как об одной из будущих французских провинций. Он был в прекрасном настроении. И тем удивительнее его поведение на поле боя. Он был мрачен, подавлен и раздражителен.

Увы, великий полководец страдал от болезни, весьма обременительной на поле боя – цистита. Постоянно справлять малую нужду на поле боя весьма неудобно…

Стратеги-теоретики, любители махать кулаками после драки, доказывают, что уаНаполеон были шансы выиграть Бородино, вот если бы он не сосредотачивал свои силы тут…, а в переломный момент направил конницу туда. Но, как любят повторять: история не знает сослагательного наклонения.

Кто же победил на Бородинском поле? Этот вопрос так и остался без ответа. Количество убитых и раненых с обеих сторон было почти равным. Русские отступили с поля боя и отдали столицу, Наполеон с позором ушел из страны и потерял армию.

И русские, и французы до сих пор называют Бородино своим успехом.

На следующее утро после боя Наполеон отправил в Париж сообщение о несомненной победе. И не скрывал своего торжества. Весь день он провел за столом: писал приказы и распоряжения. Готовился к роли правителя Москвы. Он желал предстать перед жителями «великой восточной столицы» мудрым, великодушным и прогрессивным правителем.

Жители Москвы считали Бородинское сражение гарантией того, что столицу отстоят.

Французский аббат Сюрюг, живший в это время в Москве, утверждал в своих письмах, что русское командование проявило «чрезвычайное коварство» по отношению к ее жителям: сначала объявило, что «будет защищать город даже в том случае, если бы пришлось сражаться в стенах его». А после Бородино армия неожиданно покинула Москву.

Когда по улицам столицы прошли войска, и стало ясно, что в город вот-вот войдут французы, началась паника. Москвичи стали искать ответы на традиционные русские вопросы: кто виноват и что делать??

Кутузов не сообщил об «оставлении Москвы» градоначальнику Ростопчину, потому тот был его давним врагом. И отступление армии стал неожиданностью не только для него, но и для десятков тысяч жителей Москвы.

Разгневанные москвичи собрались перед домом Растопчина. И тот, растерянный и перепуганный не меньше их, отдал толпе на расправу Верещагина, молоденького купца, схваченного за то, что он читал на улице вслух французские листовки.

Толпа, науськиваемая Растопчиным, растерзала несчастного (эта сцена гениально описана Толстым Л.Н. в «Войне и мире»), но и это была столь же бесполезная жертва, как и семьдесят тысяч убитых под Бородино русских и французских солдаты.

На второй вопрос: что делать? – ответ нашелся тоже быстро. Жители стали торопливо покидать город. И в городе осталось невероятное количество ценностей.

Градоначальник, занятый спасение своего добра, «нажитого непосильным трудом», в суматохе отдал несколько приказов: не трогать запасы спиртного, выпустить преступников из тюрем и сумасшедших из больниц. И вывезти из города все пожарное оборудование. Последнее распоряжение дало французам право обвинить московские власти в гибели русской столицы в огне.

Длинная череда повозок выезжала из ворот города на виду у арьергарда французской армии. Генерал Милорадович в это время вел переговоры с генералом Мюрата. Он предупредил нетерпеливо гарцевавшего любимца Наполеона что, если тот не даст жителям выйти из города, то им будет отдан приказ поджечь Москву.

В советских учебниках по истории не было описания и этой сцены: французский генерал со своим отрядом стоит у дороги, по которой идут русские войска со знаменами и оружием.

Многие русские и французские офицеры были хорошо знакомы до войны. И во время ее продолжали поддерживать приятельские отношения: устраивали совместные пикнички между боевыми действиями. И теперь перекидывались приветствиями и махали друг другу.

Тем временем Наполеон в приподнятом настроении ждал на Поклонной горе депутацию с символическими ключами от города. После этого ритуала он входил в побежденные европейские столицы. Он не знал, что вручать ключи некому: в Москве не было магистрата по образцу европейских городов.

Ожидание затянулось на несколько часов. Наконец, один из офицеров свиты, заметив нарастающее недовольство императора и желая угодить ему, отправился в город и поймал на улицах несколько бродяг, которые должны были изобразить представителей дворянства и духовенства. Их, как стадо баранов пригнал их к Поклонной горе. Но императору не изменило чутье великого актера, и эту мизансцену он забраковал, обозвав услужливого офицера болваном.

Петрович с интересом читал восторженные отзывы французских офицеров, любовавшихся Москвы с Поклонной горы. Город казался им чудеснее, чем рисовало их воображения: «Был прекрасный летний день; солнце играло на куполах, колокольнях, раззолоченных дворцах. Многие, виденные мною столицы, Париж, Берлин, Варшава, Вена и Мадрид, произвели на меня впечатление заурядное; здесь же другое дело: в этом зрелище, для меня, как и для всех других, заключалось что-то магическое», – писал сержант Булонь.