– Да, могут быть второстепенные проблемы, – согласилась Рахела.
– Вряд ли я смогу так поступить, – сказала Кардения и замолчала. Рахела терпеливо ждала, как и подобает симулякру. – Цзии, – после некоторой паузы позвала Кардения, и рядом с Рахелой возник человекоподобный аватар, – как я понимаю, ты пытался получить доступ к компьютеру «Оверни», корабля, который сейчас стоит у моего причала.
– Да, – ответил Цзии.
– И тебе это не удалось?
– Пока нет.
– Тебе также известно, что Тома Шенвер, искусственная личность, обитающая в компьютере «Оверни», отправил тебе приглашение поговорить с ним?
– Да.
– Почему ты не принял его предложение?
– Я не запрограммирован на прием подобных предложений, – ответил Цзии. – Моя задача – взаимодействовать с имперо в Зале Памяти и искать скрытую информацию. Помимо весьма ограниченной способности обращаться к обслуживающему персоналу по поводу проблем, которые я не в состоянии решить сам, у меня отсутствуют протоколы для иных взаимодействий.
Кардения снова посмотрела на Рахелу:
– Почему? Цзии программировали вы. Что мешало дать ему способность общаться с другими людьми?
– Какими другими людьми? – спросила Рахела. – В Зал Памяти имеют доступ только правящие имперо.
– И никому из других имперо не приходило в голову приказать Цзии обратиться к кому-либо еще?
– Все другие имперо соглашались с тем, что говорил им Цзии о своей роли.
– Значит, только я одна такая странная, – сказала Кардения.
– Я бы выразилась иначе, но да.
Улыбнувшись, Кардения обратилась к Цзии.
– Я бы хотела, чтобы ты принял приглашение Тома Шенвера, – сказала она. – Он уже сообщил мне, что может создать «песочницу» на своих серверах, в которой вы можете встретиться вдвоем. При этом у тебя не будет доступа к его серверам, а у него к твоим – вы будете находиться на нейтральной территории. Договоритесь обо всем необходимом и как можно скорее организуйте встречу.
– Да, Ваше Величество, – ответил Цзии и исчез.
– С какой целью? – спросила Рахела.
– Марс уже делится информацией с Шенвером, – ответила Кардения. – И Шенвер плотно занялся изучением физики Потока. Если я пойму, что ему можно доверять, я могу поделиться с Марсом данными о Разрыве при условии, что об этом никто больше не узнает, кроме Шенвера. Он – искусственная личность и провел последние триста лет в полной изоляции, так что вряд ли будет чересчур жестоко, если он останется в ней и дальше, ни с кем больше не общаясь.
Кардения провела в Зале Памяти еще несколько минут, прежде чем завершить сеанс. За дверью ее уже ждал Марс.
– Мне нужно тебе кое-что сообщить, – сказала она. – Очень важное.
– С этим можно подождать, – ответил Марс. Вид у него был осунувшийся и подавленный.
– Что такое? – нахмурилась Кардения.
– Кое-что случилось, – сказал он. – С Кивой Лагос.
Для Надаше Нохамапитан все складывалось удачно.
Для начала – она избавилась от кое-какого мусора в лице Друзина Вульфа и Кивы Лагос.
Но к тому же – чем в данный момент она вовсю наслаждалась – у нее сменился адрес. Она покинула темные зловонные застенки корабля «Наша любовь не может больше длиться» и теперь обитала на корабле «Белые гетры и куча долларов». Как и «Наша любовь», это был внутрисистемный торговый корабль, но, в отличие от «Нашей любви»», для того, чтобы посмотреть на «Белые гетры», не требовались антибиотики.
Корабль был сдан в аренду, и теперь, когда срок аренды закончился, он был возвращен дому Ву для ремонта перед новой сдачей в аренду. Как это обычно бывает в промежутке между арендами, он отсутствовал в перечне кораблей, использовавшихся в коммерческих целях. Простер Ву взял «Белые гетры» во временное пользование, что являлось прерогативой высокопоставленных должностных лиц дома Ву, и поставил его на причал в личных доках семейства Ву, где его никогда бы не побеспокоил ни один имперский инспектор или чиновник налоговой службы. Пока корабль не покидал док, он, по сути, оставался невидимым.