– Да, вы ужасно выглядите, – кивнул Робинетт. – Столько следов на лице и шее…
– Спасибо, сучонок.
– Есть и хорошая новость – они быстро заживут. Уж точно к тому времени, когда мы доберемся до Бремена.
– А что потом?
– Как я уже сказал – Октоберфест.
– Я про то, что будет со мной, тупой ублюдок.
– Это пока не решено. Мне сказали, что, когда мы прибудем на Бремен, последуют дальнейшие распоряжения. Нам велено ждать два месяца. Если к тому времени никаких распоряжений больше не последует, я должен вышвырнуть вас из шлюза. У нас их три. Можете выбирать.
– Не понимаю, – сказала Кива. – Зачем ей держать меня в живых лишь затем, чтобы вышвырнуть из долбаного шлюза?
– Об этом вам следует спросить у нее самой.
– Так уж вышло, что в данный момент ее здесь нет, придурок.
– Ладно, если я положу пистолет, обещаете, что не станете прыгать через стол?
– Я ничего не обещаю.
– И все же рискну. Прошу учесть, что пистолет запрограммирован на мой отпечаток пальца, так что даже если вы его схватите, толку от этого не будет.
– Я могу забить им тебя насмерть, мать твою.
– Тогда я просто уберу его обратно в стол, – сказал Робинетт, после чего достал из того же ящика конверт и протянул его Киве. – Это от моего работодателя. Она дала мне конкретное указание отдать его вам, как только вас освободят из плена.
Кива уставилась на конверт:
– Ни хрена себе. Решила позлорадствовать в письменном виде?
– Возможно, – согласился Робинетт. – Если вы не против – когда прочтете, мне хотелось бы знать, о чем там говорится.
– Тебе-то какая разница?
– Просто любопытно. Несколько месяцев она провела в качестве пассажира на этом корабле – после того, как ее мать и всех прочих арестовали за измену. Как я понимаю, она решила сменить условия на более пристойные, и вряд ли ее стоит в этом винить.
– Угу, судя по тому, что я видела, этот корабль – та еще выгребная яма, – сказала Кива.
– Возможно, но, учитывая вашу ситуацию, леди Кива, все-таки лучше пребывать внутри его, а не снаружи.
– Разумно, – согласилась Кива. – Насколько я поняла, Надаше не пользовалась на твоем корабле особой популярностью?
– По-моему, вежливый эвфемизм звучит так: она держалась особняком.
– Тогда какого хрена ты делаешь за нее грязную работу?
– По вполне очевидной причине, леди Кива, – она мне очень хорошо за это заплатила.
– Я могу заплатить больше, чем могла бы она, – сказала Кива.
– Теоретически – вполне возможно. Но практически – на этом корабле у вас нет доступа к каким-либо средствам, в то время как Надаше Нохамапитан уже заплатила мне половину вперед – больше, чем я заработал за последние два года. Так что от ваших денег – если только у вас нет их при себе, а у вас их нет – никакого толку. Извините.
– Ты совершаешь ошибку.
– Возможно, хотя я в этом сомневаюсь. Я слышал о Надаше Нохамапитан задолго до того, как пересеклись наши с ней пути. Она поразила меня своей целеустремленностью, к тому же она не из тех, кому стоит перечить. Так что я предпочел взять ее деньги и заслужить ее благосклонность, если вы не возражаете.