Найти поляну лучше старой, как им хотелось, не удалось. Все устали и не понимали куда забрели, а хорошего места все не попадалось. Вода в лужах ночью стала замерзать, скоро ожидали снега. Пришлось основать Новую деревню — так она называлась — не на хорошем на месте, а на месте кое-как подходящем. В место речки — ручей, и поляна с уклоном, но самого главного добились. Горы не видно, великана можно не опасаться. О том, что они и в Старой деревне великана не опасались, пока он не появился, никто не подумал.
3
Белочка проснулась от того, что ей трудно дышать. Ее младшая сестра, спавшая рядом, на полу, во сне умудрилась перевернуться, да не с боку на бок, а вверх ногами, и правая нога, в валенке, которые на ночь никто не снимал, лежала у Белочки на лице, зажимая нос. Что было даже к лучшему, старые валенки, которые носил еще белочкин старший брат, пахли не очень хорошо.
Дома гномы до снега не успели построить, и жили в землянках. Одна свечка на весь вечер — приходилось экономить — и вся семья в одной комнате. Вечером посидели, посмотрели на свечку, больше не на что, и где сидели, там легли спать. Гномы это называли вповалку. А в Старой деревне у каждого была своя комната. Иногда Белочке хотелось от всех закрыться, и она хоть целый день могла просидеть одна. А теперь — вот, в несколько слоев лежат. Но жаловаться ей было некому, только самой себе. Белочка вытащила голову из-под валенка сестры.
Пока все вставали, растаивали лед, в который за ночь превратилась вода, чтобы умыться, Белочка думала о том, что ей хотел рассказать Малыш. Они договорились встретиться утром, как только смогут. Отчего-то у нее было немного тревожное и немного радостное ощущение, как будто накануне праздника. Хотя Новый год уже прошел. Никаких дел по дому не предвиделось. Позавтракав оладьями из гречневой муки с липовым медом, все, конечно, из старых запасов, Белочка побежала к берлоге. В Старой деревне пошла бы к Малышу домой, или он пришел к ней. Но сейчас шептаться при родителях и всех родственниках, невозможно. Ну, какие тайны можно обсудить, когда по тебе ползает мелкотня, а бабушка каждую минуту предлагает чай?
Для общения Малыш и Белочка вырыли себе тайную нору. У тропинки к ручью, где набирали воду, в одном месте росли кусты. Через них нужно перекатиться, в зимней одежде это не страшно, пять шагов в лес, и заваленный большой снежной глыбой — они ее облили водой, чтобы не развалилась — вход.
Малыш, уже поджидавший Белочку, отвалил заледенелый ком, и махнул рукой:
— Заходи.
Белочка хмыкнула, пролезла на коленях по тоннелю, выпрямилась, отряхнулась.
— Вот!
Малыш с тожественным лицом, как будто нашел горшок с золотом, показал Белочке это…
Она не поняла, что он ей показал. Это было нечто, овальной формы, похожее на ложки с обрезанными черенками. Или на теннисные ракетки с отломанными рукоятками, если бы гномы знали что такое теннисные ракетки. Овальную форму держали довольно толстые ивовые ветки, между ними крест-накрест натянуты кожаные ремешки. По размеру эти штуки в длину были чуть больше чем от кончиков пальцев до локтя, в ширину в два раза уже, чем в длину. Штук этих было несколько, сколько Белочка не сразу сосчитала. Ага, четыре.
— Это… Рыбу ловить? — предположила она.
Малыш выдохнул, сгорбился и уронил руки, в которых держал свои конструкции, всем своим видом показывая, как он разочарован.
— Белка, — протянул он, — ну какая рыба!
Между нами говоря, он и не надеялся, что Белочка сразу оценит его изобретение. Но почему бы лишний раз не показать девчонке, что она девчонка и ничего в этом не понимает. А он понимает и может ей объяснить. С тех пор как из троих гномов-мальчишек с Белочкой остался только он, Малыш стал чувствовать себя старше.
— Ну, какая рыба!
— А-а-а… ловить лягушек? — осторожно предположила Белочка, — нет, нет, этих, хомяков!
— Белка, — сказал Малыш, сделав совсем уже скорбное лицо, это снегоходы!
— Куда ходы?
— Не куда, а почему. Ну, то есть, хоть куда ходы, по снегу. Ходишь.
Малыш демонстрируя процесс ходьбы переступил с ноги на ногу.
— А без них ты не по снегу ходишь? По травке?
Белочка пяткой валенка с черной заплатой постучала по снежному полу берлоги.
— Вот!
Малыш воздел правую руку в знак доказательства важности своего открытия, его указательный палец воткнулся в потолок.
— Отынно!
Малыш сунул ушибленный палец в рот.
— Тьфу!
Он сплюнул, палец был грязным.