— Можешь дать мне хоть какой-нибудь ответ? — прилетело в спину.
— Не сейчас и не сегодня.
— Но это ведь не однозначное нет?
Я оглянулся на него поверх плеча:
— Всё это ничего не значит.
Драко, ничего не ответив, лишь продолжил угрюмо сверлить меня взглядом, когда я шагнул к тропинке. И этот взгляд я чувствовал вплоть до самого дома.
Разговаривать спокойно мы никогда не умели, а учиться сейчас было уже поздно.
И только заметив Рона, беспечно болтающего по телефону, меня осенило, что личного номера Тома я так и не спросил.
Комментарий к Часть 18. Я всего лишь человек
гаммечено~
========== Часть 19. Когда ты смотришь на меня ==========
А что, если я не то, что тебе было нужно?
А что, если я больше, чем ты можешь видеть?
Bea Miller — like that*
— Вот и наша пропажа нашлась! — с ухмылкой констатировала Гермиона.
— Я же предупреждал вас… что буду немного занят.
— Ну как? — залетел внутрь Рон, а стоило мне повернуться, как он озабоченно присвистнул: — Тебя пытались сожрать? Он каннибал?
— Гарри, — раздался вновь голос Гермионы, но Рон тут же прибавил:
— Может, дашь ему шарфик или платочек какой-нибудь прикрыть всё… это?
— Нет, — категорично заявил я, шагнув в сторону своей спальни.
В такую жару повязанный на шее платок будет выглядеть чуднее кучи пятен.
— Мы упускаем нечто важное, — цыкнула она, деловито уперев руки в бока. — Оказалось, что безответные чувства не столь безответны, как ты предполагал, Гарри?
Я запнулся, припав плечом к косяку. Слишком свежи были воспоминания и о ночи, и о ласковом поцелуе в лоб, и о моём признании в любви, оставленном без ответа, и о его молчаливом уходе, и главное — о разговоре с Малфоем.
— Могу попросить об одолжении? — мягко начал я, но Гермиона тут же насторожилась:
— Так ты нам расскажешь что-нибудь? Потому что ваши лобызания не заметили бы только сандзару.
Мы с Роном удивлённо моргнули, и она со смиренным вздохом пояснила:
— Три обезьяны: ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу. А вы творили за нашими спинами настоящее зло! Использовать других людей для… антуража — это преступление!
— Ничего такого не было… — сипло протянул я, ощущая, как горит шея, а за ней — щёки и даже кончики ушей. — Самый обычный поцелуй.
Рон рассмеялся:
— Какая наглая ложь, — и следом покачал головой. — Ладно уж, признавайся. Судя по твоей сыто-довольной морде, чудо всё-таки, кхм… совершилось.