ПеттиП: А что случилось? Может, мне позвонить ему?
Герми: Не волнуйся!
Герми: Я всё сделаю сама.
Рон вздохнул, сунув телефон в руки Гермионы, а она удивлённо моргнула:
— И что мне теперь сказать о «ЧП»?
— ПеттиП? — одновременно с ней спросил Рон, а она в ответ пожала плечами:
— Петтигрю Питер – ПеттиП.
Рон недоверчиво глянул на неё, а потом на меня:
— УизлеР и ПоттиГ?
Гермиона покраснела и, смущённо кашлянув, сообщила:
— Вообще-то я поменяла на Ронни и Потти.
Я не сдержал смешка:
— Это уже система.
— Зато всё упорядочено, — насупилась она, а Рон тотчас обхватил её плечи, потискав в объятьях, и поцеловал в макушку.
— Миссия выполнена, — хмыкнул он. — И… с днём рождения, Потти!
Гермиона тихо рассмеялась:
— С днём рождения, Гарри!
Казалось, что я каждые десять минут забывал, какой сегодня день, и даже несколько удивился внезапным поздравлениям. Дело было не в том, что я не праздновал свой день рождения или ненавидел его, хоть именно тридцать первого июля и случилась авария, в которой погибли мои родители, а я заработал шрам на лбу от осколка лобового стекла… Нет, я давно перестал ассоциировать обе даты, да и Гелл с самого детства твердил: «Вряд ли они обрадовались бы твоей грустной мордашке, Гарри» — и я впитал в себя эту простую истину, что должен радоваться за нас троих.
Но сегодня всё было слишком сумбурно: я вспомнил утром и отвлёкся на Тома, вспомнил во время разговора с Драко и вновь отвлёкся на Тома.
— Он опять забыл, — словно не веря в это, заявил Рон, а Гермиона сразу же оспорила слова:
— Не-а, помнит.
— Помню-помню, — выставляя напоказ все свои театральные навыки, расплылся я в широченной улыбке Чеширского Кота. — Рано ещё поздравлять. Мы ведь пойдём вечером на ярмарку? Бенгальские огни и фейерверки в честь открытия праздника — самое то.
— Само собой, — с ухмылкой кивнул Рон. — Хочу прокатиться на всех аттракционах, объесться вафлями с карамелью и, конечно же, пострелять из ружья и выиграть что-то жутко розовое и мохнатое. Кстати, твой подарок у тебя под подушкой, — молниеносно перескакивая с одной темы на другую, поведал Рон и хитро прищурился.
— Или на ней, — добавила Гермиона, приобретая то же выражение лица.
Мне стало даже тревожно.
— Я же говорил, чтобы вы ничего не покупали, — беззлобно упрекнул я.
— Ну это так… деталь, небольшой презент, — посмеиваясь прошептал Рон, пока я с видимой опаской направился в свою комнату.
Хотелось бы надеяться, что упомянутая кровать не взлетит на воздух, унося меня в космические дали, и не утопит, когда я присяду на какой-нибудь водяной матрас, ибо Рон на пару со своими братьями близнецами очень ценил такого типа приколы на всякие праздники.
Открыв дверь, я замер на пороге и выдохнул.
На меня зелёными глазами уставилась огромная мягкая игрушка, которая занимала почти всю постель: в стиле виниловых коллекционных фигурок она обладала моими чертами — как мог обладать ими чиби — и даже шрамом на лбу. Гротескную картину дополняли колпак и облачение повара, а в руках забавная игрушечная копия держала конверт.