— Кикимора. Я.
И осторожно глянуло на Костика.
— Костик, а зачем ты ее хватал? — спросил Виктор, и Костик в который уже раз ощутил беспомощность. Он не мог объяснить, не мог предостеречь… Кикимора глянула на него с какой-то хитринкой во взгляде. Костик рыкнул, коротко и зло. Кикимора вздрогнула.
— Нельзя так! — сказала она, — Какой магией ты меня держишь? Собрался жрать — так жри, а не мучай!
Костику показалось, что кикимора вот-вот заплачет.
— Уважаемая кикимора, — сказала Лена спокойно, но как-то глуховато, — Мы думаем, что Костик не причинит вам вреда. Если вы не дадите ему причину.
Кикимора квакнула.
Лена видела. Прежде ей никогда не удавалось видеть так отчетливо, но прежде она и не разбивалась на машине с призраком за рулем. Не беседовала с мстительными мертвецами, не выгуливала дракона по ночам.
Она поняла, что кикимора хотела их утопить. Вон там, чуть дальше было болотце, небольшое, но вполне достаточное. Она почти слышала, как кикимора страдает о том, что великие болота осушены и превратились в небольшие лужи по краям человеческих дорог. Здесь когда-то был заболоченный лес, и кикимора помнила те времена.
— Ты ведь собиралась утопить нас? — спросила Лена. Кикимора моргнула выпученными лягушачьими глазами. Промолчала. Костик тихо рыкнул.
Больше всего Лену расстраивало то, что она не понимала Костика. Каково сейчас мальчику? Весь его мир разом рухнул, разбился и исчез, сам он стал страшилищем, к тому же, немым. Лена не слышала, что он думает, но была уверена в том, что Костику сейчас плохо, очень плохо.
— Порядок такой, — сказала кикимора, — Ночь, болото, одинокие путники… Как не совместить, хе-хе…
Костик рыкнул громче, и кикимора испугалась, дернулась, словно пытаясь отползти, но осталась на месте.
— Да что у вас за колдовство-то! — кикимора была испугана и возмущена, — Как вы так умудрились?!
— Умудрились что? — Виктор старался держаться спокойно, но Лена видела, что он растерян. Он тоже никогда прежде не оказывался ночью непонятно где с драконом и кикиморой.
— Это магия, — рядом с кикиморой появилась одна из мертвых девочек. Лена не могла вспомнить ее имени, а если пыталась глянуть на нее внимательнее, то видела лишь ярость, месть и пустоту. Девочки тут не было, только ее обида, ее боль. От этого становилось страшно, но и до слез жалко убитых.
— Сама вижу, что… — заворчала кикимора, но девочка словно не услышала и продолжила говорить после паузы.
— Меня раздели и спели песни. Вон там, на берегу той лужи. Я еще могла умолять, и я умоляла.
Костик накрыл лапами морду. Странное дело, его мимика была почти неподвижной, как у рептилии, но все же эмоции читались без труда. А может, додумывались на основании того, что и так ясно. Вот сейчас Костик еще раз вспоминает, что он стал причиной гибели всех этих людей.
— Я умоляла, а меня не слышали. Меня накормили тиной и ряской, пока меня не стошнило, а потом еще раз, и еще раз…
Кикимора слушала сперва с явным раздражением. Лене никак не удавалось нормально разглядеть ее, она все время оказывалась в тени, все время словно расплывалась. Непонятно было даже, какого она роста — кикимора сидела по-лягушечьи, подогнув ноги. Наверное, все же по пояс взрослому человеку, но точно сказать нельзя. Мутное существо. Неудивительно, что ее никто не видел, пока Костик не схватил ее за ногу.
— Потом меня по горло засунули в лужу, и заставили там сидеть, — продолжала призрачная девочка нараспев. Тут кикимора вдруг не выдержала и проворчала:
— Магия подобий… Кто ж у вас такой умненький?
Призрачная девочка заулыбалась, словно услышала что-то очень приятное.
— А потом меня достали из грязи, разделали живьем и накормили вон ту ящерицу! — заявила она. Кикимора сморщилась еще больше.
Виктор спросил:
— Это значит, что… э…
— Что э! — кикимора почти шептала, — Что я уже погибла, только не знала об этом! Жри, что уж теперь… — и она вдруг заплакала совсем по-человечески.
— Колдун хотел дать дракону власть над силами, — объяснила Лена. Она откуда-то поняла, что именно это и затевал колдун.
— И в Михайловке то Дерево не случайно рядом оказалось. И здесь. И наверное, и остальные жертвы не просто так были убиты.