Проблемы с драконом, проблемы дракона: читать начало книги онлайн

— Подъезжайте, — ответила Лена.

— Только мы не в городе, — добавил Виктор.

— Далеко? — спросил майор.

— На кольце, где федеральная трасса пересекает объездную дорогу. Не помню, как тут что называется.

Майор присвистнул. Но тут же спокойно сказал:

— Постарайтесь никуда не уходить. Подъеду минут через двадцать.

Глава тринадцатая

в которой дикая природа плюхает грязью, а Костик не кусается

Чувства Костика изменились, темнота исчезла, ночь вспыхнула множеством оттенков. Он видел-слышал-обонял одновременно, а многие вещи вдруг оказались каким-то образом связаны друг с другом. Не стало темноты, все предметы существовали в восприятии очень отчетливо. Мертвые снова скрылись, но Костик отчетливо видел, что они рядом. Самую малость отошли в сторону, но по-прежнему здесь.

Хуже всего был голод.

Костик был голоден, очень голоден, и новые чувства прямо тянули его за едой. Проблема была в том, что именно его чувства считали съедобным.

Вкуснее всего пахла и выглядела Лена, и Костик отчетливо видел, как он прыгает, впивается зубами, вырывает кусок из живота. Как она кричит от боли и корчится в луже своей крови, а он, дракон, утоляет голод сладко-соленой плотью. Лучше всего, еще живой, и жаль, что это так ненадолго…

Вкусным был и Виктор, и он тоже был до невозможности уязвим. Он беспечно стоял, беспечно ходил, беспечно разговаривал, и не знал, что дракон совсем рядом слишком хорошо может кусать. Костик даже понимал каким-то образом, что можно быстро убить — для этого надо бить в горло, ломать шею ударом хвоста или лап, или укусом челюстей. Но если начинать есть с рук-ног или с живота, то жертва будет жива долго, и будет намного вкуснее.

Поэтому Костик запретил себе даже думать о вкусном. Он пытался убедить себя в том, что самое вкусное — это то, что нельзя. Чем вкуснее, тем больше нельзя. Чего ни в коем случае не кусать, о чем даже думать не стоит, хотя «не думать» получалось плохо. Оба его спутника были возмутительно беспечны и нисколько не опасались юного дракона, и это обжигало его сердце дополнительной заботой. Он не знал, когда и что он сможет поесть, и мысли его бродили от страха, что он сорвется и сожрет кого-нибудь, к опасению, что он просто сдохнет с голоду. Иногда второе не казалось таким уж плохим — это решило бы все проблемы разом. Умирать не очень хотелось, но слишком уж сложными были встающие проблемы. Превратиться обратно — он даже не знал, как. Прежде это происходило как-то само собой. Новые чувства были прекрасны, но показывали слишком много — например, уязвимость друзей.

Все эти мысли кипели в голове одновременно, и не получалось даже посоветоваться — новая пасть Костика была способна только рычать на разные лады, никаких слов выговорить не получалось. Губы почти не шевелились, и звуки получались почти одинаковыми, как из них слова выговаривать? «Арр», да «Уррр» — вот и весь разговор.

Поэтому когда он заметил, что в тени скользит кто-то, осторожно подбирается, крадется. От этого существа вился еле заметный дымок который не поднимался вверх, а шел в сторону Виктора. Тот не замечал, он только что вместе с Леной поговорил по телефону с майором, и как раз звал Костика посмотреть получше на подстреленного человека.

— Костик, можешь глянуть, узнаёшь его?

Дракон нехотя двинулся к нему, краем глаза продолжая следить за тенью. Тот, кто подкрадывался, никак не реагировал на довольно крупного ящера, хотя Костик и не думал прятаться. Костику казалось, что так и должно быть, и он не задумывался, почему.

Он подошел и осмотрел тело. К счастью, труп не вызывал желания откусить кусок. В груди была огромная дыра, внутренности были видны отчетливо, как на картинке в учебнике. Костик почти не удивился, когда понял, что может видеть в темноте, он уже знал, что драконом может многое.

— Костик, это не колдун этот? — спросил Виктор. Костик помотал головой. Это был кто-то из его помощников, он не мог вспомнить, как его зовут. Второй человек — так он назывался, когда мысли Костика были восхитительно просты. Николай Федотович посылал их по разным делам, кажется, этот пытался преследовать его, когда он убегал… и это все, что он мог вспомнить про мертвеца. К тому же он не мог этого рассказать.

Костик подумал, можно ли как-нибудь попросить у Виктора разрешения съесть тело… но тут же порадовался, что не может говорить.

«Людей есть нельзя! — приказал он сам себе, — Даже мертвых!»

Хотя при мысли о том, что перед ним целая гора мяса, невкусного, зато много, он почувствовал, что пасть наполняется слюной.

И когда совсем рядом скользнула тень, которая по-прежнему не замечала его, он реагировал совершенно машинально. Тело все сделало само, Костик только и успел удержать сам себя, от того, чтобы стиснуть челюсти и вырвать кусок плоти. Миг — и он обнаружил, что сидит на прежнем месте и держит в зубах какое-то существо, а оно визжит и пытается вырваться.

— Кто это? — спросила Лена и подошла ближе. Костик легонько сжал пойманное тело, стараясь не прокусить, и вдруг оно замерло и только шумно дышало с тихим стоном.

— Ты кто? — спросил Виктор. Существо молчало, а Костик вдруг понял, что оно вкусно. Очень, очень вкусно, и у него, у Костика, есть какая-то неясная власть над ним. И потому существо покорно висит в зубах и не пытается убегать.

Костик почти увидел, как сжимает зубы и отрывает огромный кусок. Как кровь брызжет на одежду Виктора, как искажается отвращением лицо Лены… как они с ужасом смотрят, а умирающее существо визжит от боли. Самым ужасным в этой картине было выражение лиц друзей. Станет ли Виктор стрелять в чудовище? Станет ли Лена с ужасом убегать в ночь?

Костик осторожно и медленно разжал челюсти, существо упало на грязную землю.

— Кто это? — Виктор бесстрашно опустился рядом, и вдруг Костик почуял, что существо опасно. Ведь не зря оно шмыгало, подкрадывалось, подбиралось… Костик попытался дать понять этой твари, что он настороже и зарычал, тихо, но грозно.

Существо вдруг ответило по-человечески, слегка квакающим голосом: