Падишах удивился: как может животное быть арапом? Но чтобы не огорчать жену, не стал покупать барана.
С того дня страх девушки дошел до того, что падишах посадил на привязь возле спальни льва и тигра. Их кормили мясом и приручили.
Однажды падишах увидел на базаре изящный мундштук. Он решил: «Уж это не может быть арапом. Куплю».
Вот падишах купил мундштук и, придя домой, забросил его в угол на полку в спальне.
Наступила ночь. Все улеглись спать, и тут вдруг мундштук, лежавший на полке, встряхнулся и обернулся арапом. Тотчас же арап заколдовал сон всех обитателей дворца и с ними — льва и тигра, поместил его в чашку, а ее поставил в шкаф у изголовья падишаха и султан-ханым, его жены. Окончив свое дело, арап разбудил девушку. Стоило ей увидеть перед собой огромного арапа, как девушка побледнела и затряслась от страха. Она принялась толкать мужа, чтобы его разбудить. Арап увидел это и говорит:
— Бесполезно. Не надейся, что разбудишь мужа. Я заколдовал сон всех обитателей дома. На этот раз я тебя съем, не спасешься от меня.
Арап схватил девушку за руку, собираясь увести ее с собой. А девушка, пытаясь спастись от арапа, рванулась изо всех сил и ударила рукой по шкафу у изголовья кровати. Заколдованная чашка, которая там стояла, опрокинулась, и падишах со всеми обитателями дворца проснулись. Они сбежались на крик девушки. Арапа схватили и бросили льву и тигру. Звери разорвали его на куски.
По повелению падишаха снова устроили празднество — пир на сорок дней и сорок ночей… Ели, пили и достигли цели своих желаний.
То ли было, то ли не было. Жил один падишах, у него были жена и дочь.
Как-то раз, когда супруги сидели и беседовали, падишах спросил:
— Жена, если я умру, ты выйдешь замуж за другого?
— Не выйду, — сказала жена. — А ты женишься на другой?
— Нет, — ответил падишах, и они дали друг другу клятву. Но женщина попросила:
— Если после того как я умру, ты все же решишься жениться, то возьми ту, кому подойдет моя туфелька, что лежит в сундуке.
Время идет — время проходит… И вот жена падишаха умерла…
Миновало еще некоторое время, и падишах сообщил своей дочери, что она должна помочь ему жениться.
Девушка взяла туфельку и отправилась искать невесту. Однако, на чью бы ногу она ни пробовала надеть туфельку, та никому не годилась. В конце концов надоело это девушке, и однажды дома она сказала служанкам:
— Что за туфелька такая, ни на чью ногу не подходит! Принесите-ка ее сюда, попробую я надеть…
Девушка надела туфельку, а та как раз ей впору. Увидела это невольница, пошла к падишаху и говорит:
— Мой падишах, туфелька никому не пришлась по ноге, но оказалась впору султан-ханым, вашей дочери.
Тогда падишах написал письмо муфтию: «Посадил я в своем саду яблоню, и она дала единственное яблоко. Самому мне его съесть или отдать другим?» Муфтий ответил: «Чего ради ты должен отдавать другим единственное яблоко? Съешь сам».
Муфтий-то был глуповат вроде меня и выдал фетву, не разобравшись в сути дела…
Падишах послал дочери ключи от сокровищницы и, кроме того, сообщил: «Дочь моя, готовь свое приданое, я женюсь на тебе».
Девушка отколотила палкой невольницу, которая доставила ей эту весть, стала рвать на себе волосы и думать: «Что же мне теперь делать?» Ну ладно… Поняла она, что никакого выхода нет, и попросила отца дать ей сорок дней отсрочки.
После этого девушка тотчас велела позвать ювелира и сказала:
— Я дам тебе золота сколько захочешь, а ты сделай мне из него полую статую быка, чтобы в ней была дверца с запором изнутри и чтобы там мог поместиться запас еды на семь дней.
— Ладно, — ответил ювелир, стал тут же набивать суму алмазами, рубинами, жемчугом, а мешок — золотом и потом ушел.
Через сорок дней девушка должна была получить от ювелира золотого быка, а пока она принялась обходить подруг и прощаться с ними, объясняя каждой:
— Я видела сон, что скоро умру, поэтому простите мне все, в чем я перед вами виновата.
На сороковой день девушке доставили золотого быка… А между тем уже готовилась свадьба, играла музыка, повара стряпали всевозможные яства.