Тут он совсем проснулся и начал озираться, будто бы вспомнил внезапно, где находится, будто бы был не уверен, к нему ли обращено это сердечное приветствие. А потом выражение его лица изменилось, и он произнес с прежней грубоватостью:
– Утром дальше двинусь. Так, решил заглянуть по дороге.
– Может, войдешь, Дан? Ты разве не слышал, как мы тебя зовем? Тедди тебя увидел и разволновался.
– Да я не думал, что вы меня впустите, – ответил он, подхватив небольшой узелок, как будто собрался уйти сразу.
– А ты попробуй, – только и ответила миссис Баэр, вытянув руку и указав на дверь, озаренную приветливым светом.
Шумно выдохнув от облегчения, Дан подхватил крепкую палку и захромал к дому, но внезапно остановился и искательно произнес:
– Мистер Баэр рассердится. Я ж сбежал от Пейджа.
– Он это знает, очень расстроился, однако это не важно. Ты что хромаешь? – спросила миссис Джо, когда он заковылял дальше.
– Перелезал через изгородь, так мне камень упал на ногу, раздробил. Ничего. – Дан как мог скрывал боль, которую явно испытывал при каждом шаге.
Миссис Баэр помогла ему дойти до своей комнаты, там он тут же упал в кресло и опустил голову на спинку, бледный, едва живой от усталости и пережитых тягот.
– Дан, бедняжка! Выпей вот это, а потом поешь немного. Ты дома, и уж матушка Баэр о тебе позаботится.
Ответом ей стал взгляд, полный благодарности, после чего Дан выпил вина, которое она поднесла к его губам, а потом медленно принялся за еду, которой она его угостила. С каждым глотком к нему, похоже, возвращались силы, и вот Дан заговорил, как будто спеша сообщить ей все о своих приключениях.
– Где же ты был, Дан? – поинтересовалась миссис Джо, доставая бинты для перевязки.
– Сбежал-то я месяц с лишним назад. Пейдж – ничего, но уж больно строгий. Мне не понравилось, вот я и уплыл по реке с одним человеком – у него своя лодка. Вот почему никто не понял, куда я девался. Как мы с этим расстались, я пару недель поработал на ферме, но отколотил фермерова сыночка, а фермер за это отколотил меня, потому я сбежал и пришел сюда.
– Пришел пешком?
– Да, фермер мне не заплатил, а просить – не дождется. Зато сыночку его и досталось. – Дан рассмеялся, однако вид у него, когда он оглядывал свою изорванную одежду и грязные руки, был пристыженный.
– Как же ты жил? Надо же – мальчик проделал такой путь один!
– Да неплохо, пока ногу не повредил. Меня подкармливали, ночевал я по сараям, днем шел. Один раз решил срезать и заблудился, если бы не это, дошел бы быстрее.
– Но что же ты собирался делать, если не думал оставаться у нас?
– Очень уж мне хотелось Тедди повидать и вас, а после этого я собирался в город, на старую работу, вот только подустал и заснул в сене. Утром ушел бы, если бы вы меня не нашли.
– А ты об этом жалеешь? – Миссис Джо поглядела на него со смесью радости и упрека, а потом встала на колени, чтобы осмотреть его больную ногу.
Дан зарделся и, не отводя глаз от тарелки, произнес совсем тихо:
– Нет, мадам, я рад, я хотел остаться, но боялся, что вы…
Он не закончил – миссис Баэр прервала его сочувственным восклицанием: она увидела, как серьезно травмирована его нога.
– Давно это случилось?
– Три дня назад.
– И ты шел в таком состоянии?
– У меня была палка, а еще я обмывал ее в каждом ручье. Одна женщина дала мне тряпку для перевязки.
– Нужно, чтобы мистер Баэр немедленно осмотрел твою ногу и обработал. – Миссис Джо поспешила в соседнюю комнату, причем дверь прикрыла неплотно, чтобы Дан слышал их разговор.
– Фриц, мальчик вернулся.