– Нет, мадам. – Еще тише.
– А будешь просить Его каждый вечер, ради меня?
– Да, мадам. – Очень серьезно.
– Для меня это очень важно, и я наверняка пойму, честно ли ты выполняешь свое обещание, ибо эти вещи всегда видны тем, кто в них верит, можно даже не произносить ни слова. А вот тебе занимательная история о мальчике, который повредил ногу еще сильнее, чем ты; почитай, и узнаешь, как мужественно он выносил все свои злоключения.
Она вложила ему в руки замечательную книжечку «Мальчики из Крофтона»[303] и удалилась на час, хотя и заходила время от времени, чтобы Дану не было одиноко. Читать он не любил, но скоро так увлекся, что возвращение других с прогулки стало для него неожиданностью. Дейзи нарвала ему букетик полевых цветов, а Нан потребовала, чтобы ей позволили принести Дану ужин – он лежал на диване, дверь в столовую была открыта, и он видел других мальчиков за столом, а они приветливо кивали ему, уплетая хлеб с маслом.
Мистер Баэр вскоре отнес его в постель, потом притопал Тедди в ночной рубашонке сказать «спокойной ночи» – он-то отправлялся в свое гнездышко рано, как птичка.
– Я хочу сказать молитву вместе с Данни, можно? – попросил он маму, и, получив ее согласие, встал на колени рядом с кроваткой Дана, и, сложив пухлые ладошки, тихо произнес: – Путь Бозенька багосовит всех и помозит мне быть хоёсим.
С этим он удалился, лучась милой сонной улыбкой через мамино плечо.
И вот смолкли разговоры и отзвучали вечерние гимны, а в доме повисла дивная воскресная тишина. Дан лежал без сна в своей милой комнатке, думая новые мысли, ощущая, как новые желания и надежды пробуждаются в его мальчишеском сердце, ибо туда проникли два добрых ангела: любовь и благодарность – и оба приступили к трудам, завершить которые способны лишь время и настойчивость. Истово желая сдержать первое свое обещание, Дан сложил ладони во тьме и тихо прошептал простенькую молитву Тедди:
– Пусть Боженька благословит всех и поможет мне быть хорошим.
Глава одиннадцатая. Дядя Тедди
В течение недели Дан перемещался лишь с кровати на диван; неделя оказалась долгой и мучительной, потому что нога порой сильно болела, бездеятельность тяготила подвижного мальчика, ему очень хотелось на летнее солнышко, а труднее всего было сохранять терпение. Но Дан очень старался, и каждый стремился по-своему ему помочь; в общем, время шло, а наградой Дану стали слова доктора утром в субботу:
– Заживление идет лучше, чем я полагал. Можете дать ему сегодня костыль, пусть немного походит по дому.
– Урра! – завопил Нат и помчался передавать хорошие новости остальным.
Все страшно обрадовались, и после обеда целая толпа зрителей собралась понаблюдать, как Дан ковыляет по прихожей; через некоторое время он присел на крыльцо отдохнуть. Самого его очень радовали внимание и благожелательность, с каждой секундой он все больше расцветал; мальчики пришли с ним поговорить, девочки суетились вокруг с табуретками и подушками, а Тедди присматривал за ним, точно за хрупким беспомощным созданием. Они все еще стояли и сидели на ступенях, когда к воротам подкатил экипаж, оттуда помахали, и Роб, громко закричав: «Дядя Тедди! Дядя Тедди!» – бросился по дорожке со всех своих коротеньких ног. Все мальчики, кроме Дана, наперегонки понеслись открывать ворота, через миг экипаж въехал во двор, и все обступили его, а в середине круга хохотал дядя Тедди, державший на колене свою дочурку.
– Остановите колесницу и дайте Юпитеру сойти, – приказал он и, соскочив на землю, бросился вверх по ступенькам навстречу миссис Баэр – она улыбалась и хлопала в ладоши, как маленькая.
– Как твои дела, Тедди?
– Все хорошо, Джо.
После чего они обменялись рукопожатиями, и мистер Лори передал Бесс в руки ее тетушки, прибавив, когда девочка крепко к ней прижалась:
– Златовласка так по тебе соскучилась, что я сбежал с ней вместе – мне и самому не терпелось тебя повидать. Мы хотели бы часик поиграть с твоими мальчиками, а еще посмотреть, как там поживает «бабушка в старом башмаке, у которой деточек – что воды в реке»[304].
– Я так вам рада! Идите играйте, только не озорничайте, – ответила миссис Джо.
Мальчики столпились вокруг обворожительной гостьи, восхищаясь ее длинными золотистыми волосами, милым платьицем и величавостью, поскольку маленькая «принцесса» – так они ее называли – никому не позволяла себя целовать, а лишь сидела, улыбаясь им свысока и милостиво поглаживая их по волосам белыми ручками. Все ее обожали, особенно Роб, который считал ее чем-то вроде куклы и не решался до нее дотронуться – вдруг сломается, а лишь любовался ею с почтительного расстояния и приходил в восторг от любого знака внимания юной леди. Поскольку она потребовала, чтобы ей незамедлительно показали кухню Дейзи, миссис Джо потащила ее туда, а малыши отправились следом. Остальные, все за вычетом Ната и Деми, побежали смотреть зверинец и огороды: дело в том, что мистер Лори всегда делал полный смотр всему хозяйству и очень расстраивался, обнаруживая какие-то недочеты.
Остановившись на ступенях, он повернулся к Дану и обратился к нему как к старому знакомцу, хотя до тех пор они виделись всего раз-другой:
– Как там нога?
– Лучше, сэр.
– Надоело, небось, сидеть дома?
– Еще бы! – И Дан обратил взгляд на зеленые холмы и леса, куда его так тянуло.
– Тогда давай прогуляемся, пока остальные не вернулись? Карета у меня просторная, удобная, ничем тебе не повредит, а вот свежий воздух пойдет на пользу. Неси подушку и плед, Деми, давай-ка прокатим Дана.
Мальчикам страшно понравился этот замысел, а Дан пришел в настоящий восторг, однако все же спросил с необычной для него учтивостью:
– А миссис Баэр не станет возражать?
[303] «Мальчики из Крофтона» (1841) – роман английской писательницы Гарриет Мартино (1802–1876), одной из первых женщин-социологов, то есть исследователей проблем общества. В книге описаны сложные взаимоотношения мальчиков в школе-интернате. Одному из героев, Хью, во время драки падает на ногу камень, и стопу приходится ампутировать.
[304] …«бабушка в старом башмаке, у которой деточек – что воды в реке». – Здесь цитируется популярный английский народный стишок. Полностью в переводе С. Маршака он звучит так: