– Это ты их припрятал, Томми, наверняка! – вскричала возмущенная хозяйка, замахиваясь на подозреваемого молочником.
– А вот и нет!
– А вот и да!
– Пререкаться неприлично, – заметила Нан, торопливо поедавшая варенье по ходу этой перепалки.
– А ну, отдавай, Деми, – приказал Томми.
– Врешь ты все, они у тебя в кармане! – рявкнул Деми, задетый этим несправедливым обвинением.
– А давайте отберем. А то Дейзи из-за него плачет, – предложил Нат, которому первый бал показался даже волнительнее, чем он ожидал.
Дейзи уже рыдала, Бесс, как положено хорошей служанке, смешивала свои слезинки со слезами хозяйки, а Нан объявила всех мальчиков на свете «несносной напастью». Среди джентльменов разразилась перебранка: когда двое защитников справедливости стали нажимать на злодея, он укрылся за столом и принялся бомбардировать их похищенными оладьями – из них вышли отличные снаряды, поскольку по твердости они могли поспорить с пулями. Он успешно выдерживал осаду, пока не иссякли боеприпасы, однако, расстреляв последний блин, он вынужден был сдаться: его с воем вытащили за порог и в виде бесславной кучи сгрузили на пол в прихожей. После этого воодушевленные победители вернулись обратно, и, пока Деми утешал несчастную миссис Смит, Нат и Нан собрали оладьи, водрузили на место все изюминки и снова разложили лакомство на блюде, будто ничего и не было. Впрочем, вкус все равно был не тот, ведь сахар-то облетел, так что после нанесенных оладьям обид никто уже не захотел их есть.
– Нам, пожалуй, пора, – вдруг объявил Деми, заслышав на лестнице голос тети Джо.
– Да, пожалуй. – Нат торопливо положил сдобную булочку, которую только что взял.
Но миссис Джо вошла до того, как они успели ретироваться, и юные дамы принялись наперебой повествовать ей о своих огорчениях.
– Больше никаких балов, пока мальчики не исправятся – а именно не сделают для вас чего-то хорошего, – рассудила миссис Джо, кивнув в сторону троих повес.
– Да мы просто пошутили, – начал было Деми.
– А я не люблю шуток, от которых другим грустно. Я тобой недовольна, Деми, – я надеялась, что уж ты-то никогда не станешь дразнить Дейзи. У тебя ведь такая заботливая сестричка.
– Мальчики всегда дразнят сестер, мне Томми сказал, – пробурчал Деми.
– А моим мальчикам это не позволено, так что, если не будете играть мирно, я отправлю Дейзи домой, – решительно рассудила тетя Джо.
Услышав эту страшную угрозу, Деми подскочил к сестренке, а Дейзи торопливо утерла слезы, потому что близнецы даже представить себе не могли большей беды, чем разлука.
– Нат тоже хулиганил, а Томми – сильнее всех, – доложила Нан, опасаясь, что два этих грешника не получат своей доли наказания.
– Мне стыдно, – смущенно пробормотал Нат.
– А мне нет! – выкрикнул Томми в замочную скважину, за которой подслушивал во все уши.
Миссис Джо едва не рассмеялась, однако сумела сдержаться и подчеркнуто произнесла, указывая на дверь:
– Можете идти, мальчики, однако помните, что вам не разрешается играть и разговаривать с девочками до моего особого позволения. Вы не заслуживаете удовольствий, и я их запрещаю.
Невоспитанные джентльмены поспешно ретировались, а снаружи их ждали насмешки и издевки нераскаявшегося Бэнгса, который целых пятнадцать минут не желал иметь с ними ничего общего. Дейзи скоро оправилась от потрясения, горевала только из-за разлуки с братом, а также скорбела о том, как он ранил ее нежное сердечко. Нан весь этот переполох пришелся по душе, и она старательно задирала нос перед всеми троими, особенно перед Томми, который делал вид, что ничего не замечает, и громко заявлял, как он рад, что они избавились от «глупых девчонок». Впрочем, в глубине души он скоро раскаялся в своих опрометчивых поступках, из-за которых его изгнали из приятной компании, и каждый час, проведенный поврозь, лишний раз напоминал ему, как ценит он общество «глупых девчонок».
Остальные сдались еще раньше и очень хотели вернуть былую дружбу – ведь рядом больше не было Дейзи с ее лаской и лакомствами; не было Нан, которая их забавляла и врачевала; а самое главное – не было миссис Джо, с которой дом казался таким светлым, а жизнь – беспечальной. К величайшему их смятению, миссис Джо порешила, что и она – одна из обиженных девочек, и почти не разговаривала с изгоями, проходила мимо них, не глядя, и, похоже, была слишком занята, чтобы выполнять их просьбы. Эта внезапная и глубокая немилость поселила тоску в их душах, потому что, если рядом не было матушки Баэр, солнце садилось в полдень и негде было скрыться от тьмы.
Это неестественное положение вещей продолжалось три дня, а потом джентльмены не выдержали и, убоявшись, что затмение продлится вечно, отправились за помощью и советом к мистеру Баэру.
Есть у меня сильнейшие подозрения, что мистеру Баэру заранее дали наказ о том, как себя вести, если к нему обратятся с подобной просьбой. Никто, однако, этого даже не заподозрил, а он дал мальчикам несколько ценных советов, которые были с благодарностью приняты, а потом претворены в жизнь следующим образом.
Уединившись на чердаке, они посвятили несколько часов, обычно отводившихся под игры, изготовлению некоего таинственного механизма, на который ушло такое количество клейстера, что Ася разворчалась, а девочки изумились. Любопытный нос Нан едва не прищемили дверью, так ей хотелось выяснить, что же там происходит, а Дейзи сидела и страдала, почему им всем нельзя играть вместе, без всех этих дурацких секретов. В среду днем погода стояла ясная, и, многократно проверив, как там солнце и ветер, Нат с Томми куда-то удалились, а потом вернулись с огромным плоским свертком, завернутым во множество газет. Нан едва не умерла от сдерживаемого любопытства, Дейзи едва не расплакалась от досады, и обе так и дрожали от предвкушения, когда Деми проследовал в комнату к миссис Баэр, держа шляпу в руке, и объявил тоном настолько галантным, насколько это возможно для юноши его лет:
– Я вас очень прошу, тетя Джо, не согласитесь ли посмотреть на сюрприз, который мы для вас приготовили? Пожалуйста, он просто отличный.
– Спасибо, мы с удовольствием посмотрим. Только мне придется взять и Тедди, – ответила миссис Баэр с улыбкой, которая приободрила Деми не хуже солнышка после дождя.
– Очень хорошо, мы его возьмем с удовольствием. Для девочек приготовили коляску, а вы не против того, чтобы дойти пешком до вершины Мятного холма, правда же, тетушка?