Тсуна с трудом распознает в этом акценте английский язык и еле сдерживает улыбку.
– Окей, думаю, никто не против, – Савада замечает потупленный взгляд Киоко и хмурящуюся Хану. – Все же могут прийти?
Энма – парень понятливый, он сразу же кивает. Им ведь не надо обсуждать сильно важные и секретные темы, а если приглашение подруг Тсуны порадует ее, то он совсем не против.
Парня смущают его же мысли, и он на пару минут выходит в астрал, приходя в себя, чтобы снова застопориться, когда Савада предложит покормить его своим бенто. Предобморочное состояние Хаято и то, что едой с прибывшими поделился широко и угрожающе улыбающийся Такеши, спасло беднягу Козато от насильственной смерти.
– И как я мог пропустить встречу с такими конфетками, – мурлычет Джули, окружая девчонок.
Новый дом Шимон был поближе к школе, пусть и немного уступал в размерах предыдущему жилищу ребят. А еще он был недалеко от дома Хаято, который поначалу воспринял этот факт с раздражением, а потом что-то начал активно продумывать, бубня под нос коварный план. Тсуна догадывалась, что ее ждет дневник наблюдений, но за кем? За Шимон или за НЗЖ в лице Шитт. П? В любом случае, это Саваде нафиг не надо.
– И зачем я сюда пошла? Мне мало головной боли в виде Савады? – слишком громко для собственных размышлений говорит Хана и добавляет, вызывая писк у подруги: – И даже ее подкаты менее убоги.
– Но-но-но, – Рёхей, присоединившийся к ним после уроков, отодвинул Катоу от девчонок.
Джули захохотал.
Тсуна должна отдать должное Деймону, о котором тут, к слову, не говорили, характер подконтрольной личности он смог передать весьма не дурно. Хотя сам Джули отличался от того, что привыкли видеть ребята из Вонголы. Более оживленный, искренний, с добродушным взглядом и явной тягой к Адельхейд.
До Савады доходит смысл отношений этих двоих только сейчас, когда Джули и Адель недвусмысленно находились поблизости и относились с заботой друг к другу, пусть и Сузуки иногда ругала парня за комплименты иным представительницам женского пола, но то были шутки.
– Хм, кажется, я не очень хорошо разбираюсь в романтике и отношениях между людьми…
– Ты так думаешь? – тон Киоко необычайно скептический, подобное стоило ожидать от Ханы, а не от нее.
– Так мы все-таки сядем праздновать? – бурчит Аоба, прячущий смущение своим ранним порывом при виде гостей за показным недовольством. Все же Шимон сблизились с Вонголой и так просто лишаться этой связи больше не намеревались.
Весна, бутонами расцветающая безмятежной радостью в груди подростков, подходила к концу.
***
Тсуна плюхается на разложенный футон, чуть не приземляясь на Хану, которая еле успела увернуться от живого снаряда.
– Киоко, ты точно уверена, что будешь спать с этой неугомонной? – спрашивает Курокава у подруги, вернувшейся с подушками. – Она, поди, пинается…
– Нет, Тсуна-чан довольно мирная во сне, не волнуйся, Хана-чан, – Савада сияет благодарностью, хоть кто-то на ее стороне. – Ты должна больше волноваться за себя, Тсуна-чан вполне может упасть с кровати.
– И ты, Брут?
– Хару тоже хочет спать с Тсуной-сан, – Миура, как обычно, о своем.
– Савада, только попробуй лечь с краю кровати, – и нет ничего постыдного, чтобы испугаться такого колючего, почти хищного взгляда Ханы.
– Да за кого вы меня принимаете? Не упаду я… наверное.
Выходные девчонки решили провести вместе, еще с утра придя к Киоко, которая позвала их с ночевкой. Компания могла бы быть побольше, но Хром отказалась, с Шиттопи они еще не очень все сблизились, а Адель… ее просто страшно звать. Сдались ей они? Ах, да, был еще один претендент… Никогда еще Хаято не грустил по поводу того, что был парнем.
Вечер они провели за готовкой и телевизором, просматривая разные каналы и строя из себя знатоков фильмов и разных телешоу, поедая не самую полезную пищу. А сейчас они готовились ко сну, который, впрочем, еще не скоро им светил. Как же без болтовни?
Все четверо расположились на двух футонах, расстеленных на полу, и придвинулись поближе.
– Знаете, что принято обсуждать в таких случаях? – заговорчески прошептала Миура.
– Пижамы? – предположила Киоко. – Устроим конкурс?
– Вряд ли кто-то переплюнет Хару с ее собственноручно сделанной пижамой. Очень милой, хочу заметить, – комплимент от Тсуны попадает прямо в цель. – Я знаю ответ на твой вопрос. Страшилки!