— Извини, — буркнул Серёжа, краснея. — Я не думаю что ты такой. Злой. Просто я д-думаю, что как бы… Если бы кто-то был таким, как я, то даже самый замечательный человек мог бы не выдержать.
Олег не знал, что на это ответить. Он вообще говорить не умел, если быть честным. Сидеть бы и молчать весь день, как тогда, на крыше, и чтобы Серёжа всё сразу понял. Сам.
Ему в голову пришла мысль, от которой всё внутри перевернулось. И, пока смелость не упала до нуля, он попросил:
— Подойди поближе, пожалуйста.
— З-зачем? — уточнил Серёжа, всё же делая несколько шагов вперёд.
— Ещё ближе.
Он покорно подошёл к самой кровати, остановившись у изголовья.
— Можешь наклониться?
Серёжа навис над ним, нервно потирая запястье. Олег смерил расстояние до его лица и понял, что так высоко он не потянет. Возможно, сыграла роль и трусость, но в этот раз он разрешил себе найти оправдание. Так что, изменив на ходу план, он притянул к себе руку Серёжи и, лишь на секунду замерев, коснулся губами. И тут же закрыл глаза, чтобы не видеть его лица.
Серёжа молчал. С закрытыми глазами молчание ощущалось особенно остро.
Олег уже думал начать оправдываться, прямо вот так, не глядя, как вдруг почувствовал движение. Серёжа присел на корточки и медленно приблизил лицо к его щеке. Горячее дыхание щекотнуло кожу. Олег застыл, не веря в происходящее.
Губы коснулись щеки мягко-мягко, и как будто испуганно, сначала слегка мазнули, а потом прижались сильнее. Спичка дышал взволнованно и, наверное, тоже закрыл глаза. Олег прищурился, чтобы проверить. Так и есть. Зажмурился. И очень сильно покраснел. Волосы спадают на лицо, губы розовые, ресницы длинные и пушистые — такой очаровательный, что хочется расцеловать прямо сейчас, и плевать на рану.
— Т-ты меня поцеловал, — сказал Олег, понимая, что тоже начинает заикаться.
— Да.
— И… И это было что?
— Не знаю, — быстро ответил Серёжа. — Ты первый был. Я растерялся.
Олег вспомнил, как медленно и аккуратно он всё делал и с недоверием уточнил:
— Точно растерялся?
— Не знаю. А что?
— Просто.
Серёжа наконец открыл глаза, Олег тоже перестал щуриться. Они смотрели друг другу в глаза, и почему-то казалось, что кто первый оторвётся — проиграет.
— У тебя красивые глаза, — сказал Серёжа.
— Чё, правда? — смутился Олег. — Спасибо.
— Олег, я… Эм-м… Тебе понравилось?
— Что именно?
Серёжа закусил губу. Олег всё-таки не выдержал и отвёл взгляд. Это всё было как-то слишком. Хотя главное — что он перестал плакать.
— Серёж, я не знаю. Я ничего не знаю, если честно. Просто. Вот.
— Но ты же зачем-то меня поцеловал?
— А разве не ты первый?
Он помотал головой. Олег обречённо вздохнул.