Машка начала брызгать себе на лицо водой из озера, бормоча при этом, что хуже этот день быть уже тупо не может.
(Ох, как она ошибалась)
Тут внезапно к ней сзади подлетел подкрадывавшийся к ним до этого Павлик Морозов, который резко стукнул её по подмышкам и крикнул:
— Бу!
Маша вскрикнула и свалилась возле воды, заставив Морозова захохотать, а потом поднялась и закричала:
— Морозов, ты дебил, блин, вот ты кто, кто вообще так делает?!
— Я делаю. А вас вообще-то обеих ищет весь лагерь, и кто найдёт, тому приз, — потом, схватив Машу за руку несмотря на её тщетные попытки вырваться, прокричал, — Евгений Константинович, они тут, я их нашёл, тут!
Вскоре на его крики сбежались почти все кроме совсем уже отставших, и Маше довелось увидеть всего искусанного куратора.
— Я же говорил, что они к озеру искупаться пойдут, — усмехнулся Павлик Морозов.
Маша отреагировала на это фырканьем, вырвав свою руку из его объятий, и к ней подошёл Степанов, вреднющий лысый препод, что в первый же её день наказал её за то, что она пропустила его в кабинет, который сейчас начал сверлить Машу взглядом и сказал:
— Рогова, опять нарушаешь правила, вот везде есть такие студенты, которые всю группу на дно тянут.
— Куда уж ещё тянуть, – тихо пробормотала она.
Но Степанов, которому до её колкостей дела не было, вытащил из кармана красную карточку и начал тыкать ею в лицо Машки со словами:
— Красная карточка! Тебе красная карточка за нарушение правил поведения в турпоходе! Получишь три таких, и зарабатываешь неуд за турпоход.
— Блин, вы это серьёзно?
— Абсолютно, — Степанов всучил Маше в руку красную карточку, а потом с улыбкой протянул Морозову зелёную, — Паша, тебе зелёная карточка за поимку нарушителей.
— Рад стараться, — широко улыбнувшись, ответил тот, а у Маши даже челюсть отвалилась от всего этого абсурда.
В общем, остаток дня все провели в поставленном на поляне неподалёку лагере с палатками, где делать было откровенно нечего: некоторые одногруппницы, не оставляя попыток, пытались поймать интернет для выхода в сеть, Морозов со своими тупыми дружками пугал особенно нервную одногруппницу разными выходками вроде изображения медведя в кустах, а куратор, неумело жаря шашлыки, пытался приободрить всех, говоря, что с осами всё могло быть и гораздо хуже, и потом чтобы развлечь всех, также неумело играл на губной гармошке.
Машу Рогову вся эта атмосфера уже конкретно так доконала.
Поев вечером у костра вместе со всеми шашлыков, она отправилась в палатку, выделенную для них с Ларкой и ещё двух девочек из группы.
Куратор прикрикнул ей:
— Маш, что, страшилок испугалась? Сейчас такие байки травить буду!
— Да переживу, — пробурчала она и залезла в палатку, где начала читать взятую с собой книжку «Оно», время от времени слыша гогот или просто какой-то непонятный шум у костра. Лара тоже осталась со всеми.
Маша же была тут лишь наедине с книгой и своими мыслями, которые говорили ей, как всё достало, и как тут всё тупо… а может, свалить ночью? Поймать попутку, она-то сможет, и вернуться в город?
Посидит нормально за компом, музыку послушает.
С Гатило время проведёт… ну или с друзьями.
А то у них явно какое-то недопонимание.
Так она и уснула, а проснулась только ночью, когда её достали комары, а одногруппница рядом что-то бормотала во сне.
«Вот маразм у человека».
И недолго думая, Машка аккуратно, как ниндзя, стянула с её ноги носок, скомкала его и засунула прямо ей в рот, так что звуков теперь слышно не было.