И увидел Лару.
Рыжеволосая девушка стояла у стола, с интересом глядя на Галкина и его действия, и лишь по-театральному пожала плечами, как бы пытаясь сказать ему – «Бывает в жизни и такое».
Галкину стало не по себе от такого позора, и ещё больше разозлившись, он двинулся прочь из Дворца Культуры.
А Блэквайтер вспоминал: то, как полтора года назад он открыл входную дверь в свою квартиру, увидел там впервые в своей жизни Машу Рогову, и уже тогда понял, что влюбился.
Как он с болью смотрел на них с Гатило.
На них с Морозовым.
На её вальс на сцене.
Как они лежали рядом под Эй-фи.
Как на прошлый Новый Год Машка мерила его шарфик.
Как прошлой весной она, пьяная, чуть не поцеловала его в щёчку… но завалилась спать.
Как они сидели друг напротив друга на его кровати, и говорили обо всём на свете.
Как в Петербурге он держал её за ладони, когда они были на самой вершине колеса обозрения.
Как, прижавшись друг к другу, танцевали на концерте «Crystal Castles».
Как он был с Ларой, а Машка с Галкиным.
Как она призналась ему в любви.
Как они пережили всё остальное.
И как он сейчас поцеловал её, и почувствовал, что вот он – самый лучший поцелуй в их жизни.
А Лео продолжал играть на сцене, всё мощнее и мощнее, заставляя офигевать от его игры всех в зале, и без отрыва пялиться и на него, и на танец бухого Синего Леса рядом.
И чувствовал, как сильно этот Сергей из Сметана band был прав.
Что дело в тебе.
Он чувствовал главное: они победили.