Сидящая рядом Эрика, хоть и по-прежнему не меняла своей расслабленной позы, однако едва заметно подобралась, не сводя с Джексона внимательного взгляда. Что-то мне подсказывало, что при малейшем проявлении угрозы самочка тут же станет на мою защиту.
— Уиттмор, я не припомню, чтобы разрешал тебе отдыхать, — громоподобный голос Дерека прозвучал совершенно неожиданно, заставив вздрогнуть, нахальный щенок тут же отскочил в сторону, настороженно оглянувшись на альфу, а волчица в груди моментально успокоилась, прекрасно зная, что теперь зарвавшийся Джексон уж точно меня не тронет.
За время нашей небольшой пикировки ситуация на поляне немного изменилась, тяжело дышащие и изрядно потрепанные волчата просто валялись на траве, пытаясь отдышаться после тренировки, на деревянных ступеньках крыльца, наблюдая за всем происходящим с неподдельным любопытством, сидел Питер, потихоньку потягивающий янтарный виски, и единственным, кто еще стоял на ногах, был Дерек. Отчаянно взъерошенный, но уже успевший выровнять дыхание, мужчина окинул поверженных противников нечитаемым взглядом, чем-то средним между жалостью и недовольством, а после в упор уставился на меня.
Я почувствовала, как от волнения становятся влажными ладони.
— Иди сюда, — коротко бросил он, и почему-то возражать или противиться я даже не попыталась. Эрика лишь сочувственно похлопала меня по плечу, весьма недвусмысленно подтолкнув меня вперед.
С тяжелым вздохом я поднялась на ноги, с неподдельным сожалением поглядев на гостеприимное мягкое одеяло, на котором устроились Стайлз с Эрикой, а так же присоединившаяся к ним Кира, а после медленно двинулась к ожидающему меня Хейлу. По телу то и дело пробегала нервная дрожь, от изучающего тяжелого взгляда становилось как-то не по себе, а услышав краем уха грудной смешок Уиттмора, я невольно дернула подбородком, подавив желание вцепиться бете в глотку. Раздраженно приподняла верхнюю губу, обнажая удлинившиеся клыки, а после перехватила потемневший взгляд альфы.
Разумеется, он недоволен тем, что я не могу себя контролировать, а мне, очевидно, теперь придется постараться, дабы не давать ему причин для этого самого недовольства. Дерек ведь теперь мой альфа, а это значит, что подчиняться ему я должна беспрекословно.
Так, как учил меня Гордон.
— Стая не всегда будет рядом, поэтому тебе нужно научиться защищаться самостоятельно, — негромко начал брюнет, стоило мне поравняться с ним. Остановившись напротив мужчины и подняв голову, я смотрела Хейлу прямо в глаза, ловля каждое его слово. Приятный, хриплый баритон завораживал, и даже волчица затаилась в груди, внимательно глядя на альфу. — В большинстве случае помогут инстинкты, но полагаться только на них нельзя. Кроме того, ты сама прекрасно знаешь, что должна научиться контролировать своего волка, пока ни на кого не набросилась и не убила. Еще раз.
Дерек намеренно выделил последние два слова, и я неуловимо напряглась, чувствуя, как зарокотало в груди глухое раздражение, тут же уступившее место вине, пощечиной ударившей по лицу и затаившейся глубоко в сознании. Я прекрасно знала, о чем говорит сейчас мужчина, прекрасно понимала, на что он намекает, однако не могла ни слова произнести в свою защиту, зная, что альфа прав. Он видел лазурь, окрашивающую серо-зеленую радужку, и прекрасно знал, что это значит, хотя и не упрекал.
И за это я была ему благодарна.
— Сейчас не думай ни о чем, просто покажи мне, на что ты способна, — чуть громче произнес Хейл, и я поняла, что на некоторое время выпала из реальности. Тряхнула головой, избавляясь от наваждения, и лишь растерянно взглянула на альфу, не совсем понимая, о чем он говорит.
— Я могу помочь, — угодливо подал голос Джексон, и мне с огромным трудом удалось не щелкнуть зубами в ответ. Дерек недовольно нахмурился, глянув куда-то мне за спину, и болтливый бета тут же понятливо заткнулся, не став спорить с вожаком стаи. Остальные волчата притихли, с интересом наблюдая за всем происходящим, от такого пристального внимания мне стало совсем уж неуютно, однако прежде, чем успела сказать хоть слово, внушительная фигура Хейла вдруг пришла в движение.
Единственное, что меня спасло в следующий момент, это лишь те самые инстинкты, о которых говорил альфа. Волчица в груди взревела раненым зверем, предупреждая об опасности, тело рефлекторно дернулось в сторону, и я буквально физически почувствовала, как отрастают клыки и когти, а глаза меняют цвет. В горле зарокотало злое рычание, мышцы буквально окаменели, и после я уже почти ничего не видела кроме горящих алым огнем глаз, находящихся напротив. По ушам бил звериный рев, остальная часть стаи отошла на задний план, и единственное, что сейчас было важным, это яростный волк, посмевший посягнуть на мою жизнь.
О том, что это Дерек, что это моя истинная пара, как-то в тот момент я не думала.
Сильные, молниеносные удары наносились один за другим, у меня не было даже времени, чтобы ударить в ответ, и все, что я могла сделать, это лишь уклоняться от альфы в безумном, смертоносном танце, надеясь на то, что мне удастся спасти свою жизнь. Легкие буквально разрывало от нехватки воздуха, картинка перед глазами была смазанной, и я даже не пыталась уследить за тем, что вообще происходит. Взбешенная волчица выламывала ребра изнутри, тело постепенно уставало, и я все чаще запиналась о коряги и сломанные ветки, валяющиеся на земле. За ошибки приходилось платить дорогой ценой, и я, раз за разом чувствуя, как вспарывают острые когти бледную кожу, зло шипела в ответ, ощущая, что градус ярости постепенно повышается.
Алая пелена бешенства упала на глаза, и все вокруг виделось словно сквозь кровавую призму. Сдерживать инстинкты не получалось, и я даже не заметила, как бешеный зверь полностью захватил контроль над телом.
Уклонившись в очередной раз и с трудом удержавшись на ногах, я припала к земле, пытаясь отдышаться. Тонкие порезы на ключице жгло огнем, металлический запах крови кружил голову, заставляя задыхаться, однако Дерек не давал возможности прийти в себя. Зло зарычал, вновь бросившись в бой, я пригнулась, пропуская когти над собой, а после, подчиняясь доведенной до ручки волчице, резко вскинулась в ответ, занеся руку для удара и намереваясь отомстить за нанесенную обиду.
Когти соприкоснулись с чужой плотью, по ушам ударило злое рычание, а в следующее мгновение сильная ладонь сжалась на моем горле, не позволяя сделать вздох. С губ сорвалось шипение, больше похожее на кошачье, мир перед глазами подернулся рябью, и я скорее рефлекторно нанесла еще один удар, даже не надеясь попасть в цель.Земля и небо поменялись местами, спина больно столкнулась с мерзлой землей, а после я смогла лишь приглушенно пискнуть, когда тяжелая гранитная плита рухнула на грудь, не позволяя сделать вздох. Я рванулась всем телом, пытаясь освободиться, а после распахнула рефлекторно закрытые глаза, уставившись в лицо нависшего надо мной Дерека.
Мужчина находился невероятно близко, всего в паре сантиметров, и я чувствовала горячее дыхание на своих губах. По телу пробежалась горячая дрожь, из груди вырвался шумный вздох, и я почувствовала, как волчица захлебнулась воем, притихнув от неожиданной близости сильного самца. Безумие, охватившее сознание, куда-то испарилось, мир вернул прежние краски, вернулись звуки и запахи, и на лицо набежала мимолетная тень — только сейчас я смогла почувствовать боль от нанесенных когтями Хейла ран.
Осознание всего происходящего рухнуло на голову ледяным водопадом, а поняв, наконец, в каком положении я нахожусь, я тут же ощутила, как заливает лицо багрянец смущения.
Шумно вздохнув, Дерек моргнул, постепенно приходя в себя, а радужка вновь вернулась к нормальному цвету. Мужчина чуть приподнялся на локтях, тряхнув головой, и я заметила на его шее несколько темных, сочащихся кровью царапин, нанесенных моей рукой. Перехватила тяжелый, потемневший взгляд брюнета, чувствуя, как безумно быстро колотится сердце, а после вновь шумно вздохнула, рефлекторно закусив губу.
От нервного напряжения судорогой сводило тело, и бороться с этим я не могла.
Сильная рука, все еще сжимающая мою шею, дрогнула, заставив меня вспомнить о том, что происходит, а после легко скользнула вниз, от чего тело медленно покрывалось мурашками. Я чувствовала, как неприятно подсыхает кровь, стягивая кожу, а оставленные когтями царапины все еще ныли, заставляя меня морщиться от боли. Теплые пальцы мужчины, спустившись вниз по руке, остановились на моем запястье, и я буквально почувствовала, как отзывается теплом татуировка.
— Ты спрашивала, что значит «забрать боль», — хрипло произнес Дерек, склонившись еще ниже, и я широко распахнула глаза, ощущая, как остатки боли исчезают без следа. Мужчина чуть поморщился, словно бы физически чувствуя то, что чувствую я, а после, только сейчас, кажется, сообразив, что происходит, резко рванулся, подхватившись на ноги и оставляя меня лежать на холодной земле.
Холодный ветер освежил, позволив вздохнуть полной грудью, и я тут же приподнялась, принимая вертикальное положение и опираясь ладонями о траву. Сердце, до этого громко колотящееся о ребра, немного поутихло, страх и звериная ярость испарились, словно их и не было, а успокоившаяся волчица вновь свернулась теплым клубком, осознавая, что мне пока что ничего не грозит. Немного осоловелый взгляд скользнул в сторону, и я заметила остальных членов стаи, которые, собравшись на том самом большом покрывале и до этого беззвучно следящие за нашей потасовкой, теперь поочередно переглядывались. Парни то хмурились, то качали головами, а Эрика с Кирой, словно закоренелые переговорщики, с одинаковыми понимающими ухмылками косились в мою сторону.
— Прямо таки избиение невинного младенца, — прокомментировал все произошедшее Джексон, облокотившись о дерево и глядя на меня так ехидно, что я едва сдержалась, дабы не наброситься на него. Отголоски звериной ярости, неподвластные контролю, все еще тенью отзывались где-то в сознании, и запустить в кого-то поглубже когти все еще хотелось. — Или бешеной собаки, это как посмотреть.
— Да ты заткнешься когда-то или нет? — недовольно закатил глаза Стайлз, кажется, едва удержавшись, чтобы не пнуть нахального волчару ногой. Отбросил книжку, легко поднявшись с покрывала, а после, приблизившись ко мне, помог встать на ноги. Отряхнув одежду от травы и комьев земли, я поспешно поправила рубашку, одернув рукава и недовольно цокнув языком при виде кровавых пятнышек на ткани. Кажется, еще одну рубашку Стилински я безнадежно испортила.
Наверное, нужно будет купить ему новую.
— Как-то это… не внушает оптимизма, — покачал головой Скотт, с сомнением глядя на меня. Перехватив его взгляд, я заметила в карих глазах парня тревогу. — Против настоящего противника, дерущегося в полную силу, ты не выстоишь, даже учитывая инстинкты, которые ты пока не можешь контролировать.