– Бог один, но каждая религия и язык зовут Его по-своему, – Айлин присела на диван. – Нарминэ, давай начнем всё сначала?
После минутного молчания я посмотрела на неё. Её лицо покрывали ссадины от ожогов, руки были в ужасном состояни, ладони особенно.
– Ты спала с моим дядей, развратила мою двоюродную сестру, когда той было лишь четырнадцать лет, – произносила и осмысливала каждое слово сказанное мной. – И ты хочешь, чтобы я начала дружить с тобой?
– Я понимаю, что ты чувствуешь но…
– Нарминэ, – перебила её Хеда. – Мы все люди и дети Бога, и каждый из нас имеет право на ошибку и заслуживает право на прощение. Всевышний милостив и справедлив, каждому воздается сполна за его ошибки и грехи. Айлин расплатилась за свои грехи – получила ожоги. Каринэ расплатилась за свою ненависть – не выдержала боли и покончила с собой…
– Да простит Аллах ей грехи и примет её в бессмертный мир, – добавила Айлин.
– Твой дядя, – продолжала зеленоглазка, – избивал жену и изменял ей открыто – расплатился за свой грех тем, что потерял все что имел и стал инвалидом.
– И я расплатилась за свою ложь перед отцом и сижу теперь на инвалидной коляске, – сделала заключение.
– Никто из нас не идеален, все мы грешны главное вовремя понять, остановиться и признать свой грех.
___
¹ Хаш – самый популярный армянский суп, готовится из говяжьих ног в течении почти суток. Хаш обычно едят рано утром на завтрак.
² Матнакаш – круглый хлеб из пшеничной муки.
³ Помоги нам, Господь, помоги нам, Спаситель наш, ради великой славы имени Твоего,
Господи, спаси нас и очисти грехи наши ради имени Твоего Святого.
Во здравии сохрани перед Собой уповающийся и надеющийся народ Твой
под сенью святого и пречестного креста Твоего в мире.
Упоси нас от видимых и невидимых врагов.
Удостой с благодарностью Славить Тебя с Отцом и Духом
⁴ Джабари́ты, или джабри́ты (араб. جبرية) – представители одной из первых мировоззренческих исламских школ, которые – в противоположность кадаритам – признавали Аллаха единственным подлинным действователем (фаил хакики), причиной всех происходящих в мире действий, в том числе исходящих от людей.
8. Ислам — мое спасение
Хеда оказалась очень хорошей и порядочной девушкой, вдобавок, очень мудрой и умной. Я была рада тому, что познакомилась с ней. Она очень много рассказывала мне о своей религии, семье, мне было это интересно, и я сама просила её этому. Как говорилось ранее, она была Кабардинка, родители которой растили Айлин, когда та потеряла своих родителей. Девушке тогда было десять лет и до восемнадцати они оберегали её, но после она захотела путешествовать по миру. Поскольку родители Айлин, как и родители Хеды были не бедными, она могла себе это позволить.
– Тогда родители отпустили её в Армению, несмотря на то, что меня не отпускали даже в магазин одну, хоть мы с Айлин почти ровесницы.
– Айлин же азербайджанка, каким образом вы сестры? – недоумевая я, задала вопрос, поставил чашку с чаем на стол.
– Её мама была Кабардинка, а папа Карабахским азербайджанцем. Её родители познакомились, когда её отец был у нас в Кабардино—Болгарии. Ему сразу понравилась тетя Фатулла, а ей тогда было только шестнадцать лет и, уезжая из нашей Родины, он забрал маму Айлин с собой.
– То есть? – не поняла концовки я. – Он что, её украл?
– Ага. – Хеда берет в руки печенье с сахаром и закусывает его с чаем. – Это обычное дело. А у вас, что не крадут?
– Я лично никогда не слышала о таком, – пожала плечами, – и не хотела бы, чтобы меня украли.
– Никто не знает, что будет завтра. На все воля Аллаха.
– Да, на все воля Астваца, – согласилась я, но по—своему.
– А ты не думала, – Хеда замолчала, подбирая слова. —Никогда о смене религии?