У больной клинически была явная кишечная спаечная непроходимость. Клинически она у меня не вызывала подозрения на «катастрофу» в животе.
– Мама, я попробую облегчить ваше состояние без операции: дам вам хорошее обезболивание, поставлю капельницу, а завтра посмотрим…
Ввожу больной назогастральный зонд, мочевой катетер, ставлю капельницу, беру кровь на всякие анализы (в провинциальном госпитале такие порядки).
Ночью меня по поводу больной не беспокоили.
Прихожу в восемь утра – больная моя явно «поплохела». Но все анализы выглядят очень прилично, кроме гемоглобина, повышенные цифры которого указывают на гемоконцентрацию.
Назначаю больной вливание 2000 мл жидкостей за два часа, а сам иду организовывать операционную.
В выходные дни в провинциальном госпитале с операционной для моих частных больных проблем нет: я плачу сёстрам чуток за активное содействие.
Ищу анестезиолога. Набираю номер частного анестезиолога-специалиста:
– Питер, 1500 рандов тебя устроят?
– Нет, Рындин… Мне нужно 2500 рандов – эти кишечные непроходимости у старух полны неприятностей…
… Я нахожу старика Шейха:
– Салям Алекум, Шейх! Поможешь мне?
Через два часа собираю кворум, и мы берём больную на стол… Тут моя тётка сбрасывает артериальное давление до 80/45 мм рт. ст…
– Септический шок, – произносит мой ассистент Раймонд Мушаике – Давайте нальём её побольше.
Он приступает к установке катетера в яремную вену…
Протанцевали за реанимацией больной на операционном столе более часа.
Открываю брюшную полость со словами:
– Не мезентериальный тромбоз, надеюсь…
… Через разрез брюшной стенки на меня смотрят чёрные-пречёрные петли тонкой кишки… Расширяю разрез, нахожу причину: невинного вида спайка, похожая на шнурок от ботинок, обмотала брыжейку тонкой кишки и удавила питающие кишку сосуды до смерти.
Без раскрута кишки перевязываю все сосуды – обязательный манёвр, предохраняющий от внезапного выброса в кровяное русло большого количества токсичных (ядовитых) веществ из омертвевшей кишки. Всёго удалили около 2 метров кишки. Соединяю пересечённые участки кишки, «мою» брюшную полость и закрываю её.
– Она должна справиться! – подбадривает меня Мушаике.
Ночью меня вызвали к больной – она резко сбросила артериальное давление. Справился, но чувствовал себя неуверенно.
Сегодня – четвёртый день после операции: удалил все дренажи и начал питать больную жидкостями.
99. Кто вам нужен – врач или учёный?
Не так давно в одном из профессиональных медицинских виртуальных «междусобойчиков» разгорелся очередной «срач» по поводу плохих диссертаций:
– Ах! Как так можно?! Доколе можно?!!
И чего, спрашивается, задницу дерут господа «лепилы»?Да в СССР/Новой России всегда так было: на одну стоящую диссертацию (кандидатскую или докторскую) – пять дерьмовых.
И в дальних забугорьях с этим делом не лучше – недаром в одной из публикаций по операции Уиппла[34] при раке поджелудочной железы было отмечено «One study reported actual risk to be 2.4 times greater than the risk reported in the medical literature, with additional variation by type of institution.» [В одном исследовании сообщают, что в действительности риск в 2,4 раза больше (в зависимости от типа лечебного учреждения), чем сообщают в медицинской литературе. ]
Приписками западные господа занимаются ничуть не хуже, чем восточные «лепилы».
Правда, на проклятом Западе никто всерьёз не воспринимает учёные степени: «А мне начхать на твою докторскую степень, если ты прилично мне в задницу заглянуть не умеешь».
[34] Whipple Allen O. (1881–1963) – американский хирург.