– Что ты его хоронишь прежде времени!
– Я не хороню… Я просто немного больше тебя знаю.
Мы разошлись по разным углам и больше не разговаривали на эту тему, каждый переживал ЭТО по-своему.
Мама Татьяна сказала, что Денис сдал кровь и результат будет известен только через 3 дня.
«Почему через 3 дня?» – подумал я, – «тест занимает всего несколько часов». Однако я не стал уточнять: может быть, просто проблемы «логистики» – доставки в лабораторию, получения результата и т. д.
Примерно за день до твоего звонка я уже был психически истощён и признался маме:
– Тата, я не знаю, как я со всем этим справлюсь…
Твой звонок «Ну что, пап, вроде бы, жить буду!» – вернул, прежде всего, к жизни меня.
Мама призналась, что она решила сначала получить результат сама и при необходимости иметь пару дней в запасе – пережить известие самой и продумать план извещения меня.
Можно подумать… Да, впрочем, ничего не нужно думать – человек заботился, прежде всего, не о себе, а о ближнем!
Ну, вот так, дорогой мой Денька-Денис, Denis the manace…
На этом и закончим нашу историю, которая могла бы о-о-о-чень сильно изменить жизненные планы нашей семьи.
На этом свете каждому из нас отведено точное число лет, месяцев и даже дней и часов… При любых обстоятельствах не следует укорачивать свой срок пребывания на этом чудесном свете – не стоит брать грех на душу!
Я каждый день наблюдаю из окна за парализованным мужчиной в кресле-каталке, играющим в теннис…
Он обходится со своим сроком жизни очень бережно.
Привет.
Папа-Айболит.
PS. Интересно, что Президент южно-африканского общества «Жизнь со СПИДом» – белый, сам болен СПИДом. Очевидно, что забота о других помогает ему жить с ЭТИМ.
98. Ящик Пандоры
Я не знаю, кто принёс в хирургию сравнение «Ящик Пандоры» и для какой патологии оно предназначено. Я бы присобачил его к кишечной непроходимости – уж больно ёмкий хирургический термин, на фоне которого в брюшной полости можно встретить всё, что угодно…
Об этой больной мне сообщили в два часа дня по телефону из страны, где живут шангана:
– Доктор Рындин, кэш-больную с острым животом возьмёте?
– А она ещё ходит?
– Нет уже, но до Полокване доедет. Я её мужу ваш телефон дам, ага?
– Ага…
Через пять минут звонит муж:
– Док, сколько это будет стоить?
– Нууууу… Как я могу знать, не видя больной? Ну, не меньше 5000 рандов. Везите жену в приёмное отделение провинциального госпиталя – они мне позвонят.
Позвонили в десять вечера, когда я думать забыл про больную. Я не люблю кэш-пацентов: они, как правило, поступают в запущенном состоянии, а для правильного обследования и быстрого лечения у семьи средств нет.