Я всё думал о том, а как Твик относился к нашему положению? Осознавал ли он, что я поцеловал его намеренно? Понимал ли он, почему я так поступил? И, самое главное, понимал ли это я сам?
— Погоди!
Меня осенила внезапная мысль, и я выскочил из ванной, едва не споткнувшись об стул, на котором мы кое-как развесили часть мокрой одежды. Наши штаны лежали на спинке одной из кроватей, промокшую обувь мы набили газетами, которые любезно предоставил администратор. После душа я планировал отнести весь наш шмот в прачечную.
Наверное, сейчас я и сам немного походил на Твика? Слишком много планировал, предполагал…
Схватив один из пакетов с эмблемой супермаркета, я вытащил оттуда чуть запотевшую бутылку водки. Пошарив рукой, выудил следом упаковку пластиковых стаканчиков, и, не мешкая, направился со всем этим обратно. Белобрысый, тем временем, уже пустил горячую воду: стало душно, над приоткрытой кабинкой под потолком клубилось облако пара.
— Давай согреемся, — я не спрашивал у него согласия, констатировав факт: — Знаешь, мой батя так сделал как-то раз, когда вернулся с охоты зимой. Они с Джимбо провели полдня, выслеживая какого-то зверя, и он сильно замёрз, а мама переживала, что из-за этого можно легко свалиться с простудой, — говоря всё это, я приготовил два стаканчика, открутил пробку и наполнил каждый до половины. — И он тогда налил ровно столько же. Сказал, что сразу потеплеет в груди…
— А ты так пробовал? — тихо поинтересовался Твик, переминаясь босыми ногами по кафелю.
— Нет, я предлагаю нам вместе, — я замялся, ведь основная причина, по которой я хотел выпить, заключалась в возможности избавиться от идиотского смущения. Тепло мне было и без этого.
— Ладно, давай, — с этими словами парень выхватил у меня стаканчик и опрокинул его залпом.
— Эй! — воскликнул я, когда заметил, как искривилось его лицо.
Решив, что повозмущаться можно и позже, я повторил все те же действия.
— Фу… — белобрысый принялся часто выдыхать ртом. Через секунды я присоединился к нему, испытывая запоздалое чувство вины.
— Извини… Сок принести забыл… — пропыхтел я. В горле жгло, словно я только что глотнул лавы.
— Ничего-ничего, — Твик протянул руку, потрогав воду в душе. — Ну, я полез.
Он сдёрнул трусы так быстро, что я успел заметить лишь его бледную задницу, мгновенно исчезнувшую за мутным стеклом.
Водка, разумеется, была отвратительной, но в одном мой отец оказался прав. Мне стало не просто тепло, а зверски жарко. Пар от кабинки заполнил всю комнату, зеркало над крохотной раковиной насквозь запотело. Я услышал, как Твик отфыркивается от воды, умываясь, и на секунду подумал, что мне не стоит нарушать его водные процедуры.
Но потом всё-таки послал все свои переживания к чёрту.
Я действительно хотел залезть к нему под душ. Голым. И хотел ещё много чего: алкоголь, ударивший в голову, превратился в катализатор для моих спонтанно генерируемых фантазий.
— Ой! — Твик потеснился, уступая место, и я с наслаждением закрыл глаза, опуская голову под струи тёплой воды.
Я знал, что белобрысый сейчас на меня смотрит: глупая улыбка появилась на моём лице против воли.
— Жарко, но такой кайф! — заметил я, чувствуя, как Твик вертится, задевая меня локтями.
Раздался щелчок, видимо колпачок от геля, который он с характерным звуком выдавил себе на ладонь. В эту секунду мне ужасно захотелось посмотреть, как он намыливается, но я решил потерпеть и вместо этого попросил его передать шампунь.
Не успев открыть глаза, когда отступал из-под воды, я вдруг понял, что мне на голову капнуло что-то прохладное.
— Наклонись.
Я рефлекторно послушался, и Твик стал распределять шампунь по моим волосам осторожными массирующими движениями. Попытка подсмотреть, как он это делает, потерпела крах, так как в глаза едва не попала мыльная пена. Мне было приятно, но я немного пошатывался, не то от усталости, не то от страха, что белобрысый внезапно прекратит.
Он молчал, но его ладони то и дело соскальзывали с моих волос за уши и на шею, а я слегка подавался вперед, словно ластящийся к хозяину кот. Можно было ещё замурлыкать для полноты картины.
Твик тихонько рассмеялся, и я уже чуть более настойчиво боднул его головой с идиотским довольным видом. Но он толкнул меня обратно под воду, чтобы смыть остатки пены.
— А спину не потрёшь? — поинтересовался я, не рассчитывая, что он послушается и вздрагивая, когда понял, что в очередной раз оказался не прав. Белобрысый умел преподносить сюрпризы.
— Отойди из-под воды, — его ладони очень осторожно дотронулись до моих лопаток.
Кончики пальцев изучали каждый сантиметр, скользя от шеи к плечам и ниже. Я сглотнул, понимая, что, когда они окажутся на бёдрах, у меня обязательно встанет.