— Хорошо, мэм.
В эту секунду к нам как раз подошёл Твик, и неловкий момент, в который у меня предательски защемило в груди, был разрушен.
— Спасибо вам за помощь! — он улыбнулся старушке, и та потянулась к нему, чтобы обнять.
Мы так и не спросили, как её звать, но на листке, на котором она написала адрес значилась только фамилия Эпплбаум.
Я вёл машину с величайшей осторожностью, прислушиваясь буквально к каждому стуку и шороху, потому что боялся, как бы судьба не сыграла с нами очередной ход конём…
Твику было проще, он, судя по довольному виду, в машинах ни черта не смыслил и попросту наслаждался окружающими видами, изредка ковыряясь в настройках радио. Когда мы выехали на шоссе помех в эфире стало меньше, и ему, наконец, удалось найти приличный сигнал. Я пытался не отвлекаться от дороги, но большая часть песен меня не устраивала, поэтому я постоянно просил белобрысого сменить волну.
— Ну что ты такой придирчивый, Крэйг! — Твик рассмеялся, в очередной раз крутя колесико выбора радиостанций.
Я улыбнулся, краем глаза подмечая перемены в поведении парня. Уж не знаю, что с ним сделал остаток ночи, но выглядел он куда спокойнее и увереннее, чем вчера. А ещё ему очень шла улыбка, а смех, который я слышал впервые, и вовсе вызывал у меня желание ржать в ответ, причём неважно, о чем бы шла речь.
— Стой! Вот тут! — закричал я, когда услышал знакомый мотив.
— Ладно-ладно, не ори! — засмеялся Твик, поднимая руки вверх. — А что это?
— Ты не узнал?! — пришла моя очередь улыбаться. — Дорогая, надо бы дать мне понять, мне остаться или уйти? — я вдруг стал подпевать. — Если ты скажешь, что ты — моя, я буду здесь до скончания времён!
— Ничего себе, исторический момент! — Твик сложил пальцы в прямоугольник, изображая, будто держит камеру. — Крэйг Такер поёт за рулем автомобиля!
Я не смог устоять, и, придерживая руль одной рукой, другой показал ему средний палец, продолжая:
— Всегда дразнишь, дразнишь, дразнишь, ты счастлива, когда я на коленях!
Песня была идиотская, но до жути заразительная. И мне было так хорошо, так странно-весело, впервые в жизни, словно я переступил в себе какую-то мысленную черту. Крейг Такер, который относился к происходящему со стоическим пофигизмом вдруг отошел на задний план, а на его место вышел ни дать ни взять Красный гонщик.
— Один день хороший, другой чёрный. Так что, если хочешь от меня избавиться, давай уже, дай мне понять, мне остаться или уйти?
Я резко обернулся и от удивления даже забыл закрыть рот. Твик пел вместе со мной и улыбался.
«Мне остаться или уйти сейчас? Мне остаться или уйти сейчас?»
И я подумал: «Не уходи. Пусть всё побудет вот так, ещё самую малость…»
Комментарий к Пояс Ориона Необходимые пояснения:
В игре South park: Fractured but whole, можно посмотреть на комнату Крэйга, и там действительно довольно много отсылок, что пацан увлекается sci-fi и всем, что связано с космосом и звёздами. (Поскольку автор и сам слегка на этом помешан, в работе ещё будет об этом речь).
К сожалению поиски относительно происхождения шоу “Красный гонщик”, которое так любит Крэйг, не увенчались успехом, и я положился лишь на собственные домыслы. Машина, на которой парни уедут: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/a/a1/3rd-Pontiac-Firebird-convertible.jpg Тот самый понтиак, ставший одним из главных героев популярного в 80-х сериала “Рыцарь дорог”.
Песня, которую они поют, вам возможно известна, хотя на русском она звучит совсем не так заразительно и весело, так что рекомендую https://www.youtube.com/watch?v=BN1WwnEDWAM The Clash – Should I Stay or Should I Go
Апдейт, поясняющий название главы:
Пояс Ориона — не отдельное созвездие, а часть созвездия Ориона. Такие выразительные рисунки из звёзд, являющиеся составной частью созвездий, либо объединяющие звезды из разных созвездий, астрономы называют астеризмами. Пояс Ориона, пожалуй, самый известный астеризм на небе после ковша Большой Медведицы. Он виден практически из любой точки земного шара, за исключением областей вокруг северного и южного полюсов, где, впрочем, практически никто не живет.
====== Ро Кассиопеи ======
Я не впервые задумывался о фатальности происходящих событий. Поначалу меня, само собой, куда больше заботили первоочередные вопросы, вроде еды и сна, но когда мы с Твиком разговаривали, стоя под звёздным небом вчерашней ночью, и когда лежали на старом диване в доме миссис Эпплбаум, я невольно начал думать о предопределенности всё больше и больше.
Когда-то в детстве я действительно дружил с невротиком. Конечно, у нас была огромная компания из четвероклашек и кроме него была ещё целая толпа детей, с которыми мы прекрасно проводили время, но… с Твиком ещё в те дни чувствовалась некая связь.
Может, это я сейчас так обо всём этом думал?
Я порылся в памяти, припоминая дни, в которые мы прогуливали школу, бездельничали и хулиганили. Твик всегда был рядом в такие моменты. Мне вдруг стало интересно, а помнил ли он сам, как называл меня героем? Все эти его попытки хвататься за меня в случае приступов страха и паранойи ведь не были ничем иным, как старой привычкой, забитой где-то на подкорке. Он делал так рефлекторно, а я даже не задумывался, принимая происходящее как должное.