— У нас нет телефона, не могли бы вы дать визитку клиники? Мы придём к открытию утром, — сразу же попросил он.
Пока администратор рассчитывалась и выписывала квитанцию, я рассматривал карту на стене, на которой были отмечены другие отделения. Блэк Гэп оказался не больше Южного парка — ничем не примечательный провинциальный городок.
— Здесь поблизости есть какие-нибудь мотели? — спросил я у женщины.
— Ну да, через улицу есть какая-то ночлежка… — отвлеченно ответила она, а затем протянула Твику квитанцию и чек. — Только там грязно и контингент не очень.
— Благодарю, — кивнул я, устремляясь на выход.
Свежий воздух после сильного запаха животных и лекарств показался мне спасением.
— Вы забыли куртку! — ассистентка нагнала нас уже на лестнице.
Твик растерянно забрал одежду, а я скептически осмотрел её состояние. Мы остановились у машины, когда мне всё-таки хватило сил, чтобы поинтересоваться:
— Откуда у тебя такие деньги?
— Это моя кредитка, — он как-то замялся, — если не сильно шиковать, нам хватит и на мотель, и пожрать. А у тебя что есть?
— Восемь баксов осталось, — мне почему-то стало стыдно.
— Банкую я, да?
— Потом верну, — буркнул я, распахивая дверцу водительского сидения.
Мотель представлял из себя комплекс двухэтажных корпусов, образующих букву «п». На второй этаж можно было попасть по лестницам снаружи. На первом, где располагалась стойка регистрации, была прачечная, которую я сразу же приметил, и небольшой магазин со всякой мелочью и сувениркой.
Поскольку деньгами заведовал Твик, то и разговоры о заселении тоже вел он, что было для меня, мягко говоря, странно и непривычно. Хотя чего греха таить — наше положение с самого начала было из ряда вон, мне просто было трудно привыкнуть.
Получив ключи от номера, Твик прошел до телефона, на который указал мужчина и попросил, чтобы я подождал, пока он поговорит с родителями. Но мне не хотелось вмешиваться и уж тем более подслушивать парня, поэтому вместо этого я решил сбегать в магазин и в прачечную. В конце концов, моей мелочи должно было хватить хотя бы на это.
На улице уже смеркалось. Пока мы доехали до города и просидели в клинике, прошло часов пять, не меньше. С горизонта наползала огромная грозовая туча, почти заслонившая весь солнечный свет. Ветер усилился.
Я пробежался до прачечной, оплатил стирку и, не дожидаясь, пока программа закончится, заглянул в магазин и успел с наслаждением выкурить целую сигарету, прежде чем ко мне подошел белобрысый.
— Что сказали? — спросил я, наблюдая за его выражением лица.
— Что я козёл и придурок, — он вздохнул. — Но в общем-то они рады, что я не умер или типа того.
Я усмехнулся.
— А ты будешь звонить своим? — полюбопытствовал он.
— Думаю да.
Твик кивнул, а я затушил сигарету, возвращаясь к стойке регистрации. Меня вдруг посетила странная мысль, будто предчувствие о том, что всё идёт слишком хорошо и так долго продолжаться не может, но я усмехнулся своему нелепому страху, списав его на слишком насыщенные событиями дни.
— Крэйг?! — на том конце провода раздался треск. — Крэйг, где ты шляешься, мать твою?!
— Пап, привет. Со мной всё окей, передай маме, чтобы не нервничала.
— Сукин ты сын, почему не предупредил, что тебя не будет? А как же школа? Когда ты вернешься?
О том, что завтра уже понедельник я сообразил только сейчас. «Ничего себе сходил в аптеку», — подумалось мне.
— Сраный ты жопошник, — трубку перехватила сестра.
— И тебе не хворать, чудище, — я улыбнулся. — Вы серьезно думали, что со мной что-то не так?