Святитель Иоанн Шанхайский каждый день служил Божественную литургию и причащался. Со дня монашеского пострига он никогда не ложился в постель и молился все ночи напролет, спал сидя, понемногу. Иногда его находили утром задремавшим на полу перед иконами. Был постником, пищу принимал один раз в день поздно вечером, иногда вообще забывал о еде, но от детей и больных не требовал строгого соблюдения поста.
Сам владыка Иоанн был великим аскетом, а к другим проявлял снисхождение, с одной стороны, не требовал особенных подвигов, с другой стороны, не разрешал и лениться.
Архимандрит Вениамин (Гаршин), служивший в свое время в Шанхае под омофором святителя и живший в те годы на архиерейском подворье, в монашеском общежитии, вспоминал: «Бывало, что отцы допоздна работали, помогали владыке Иоанну. И если они, потрудившись, ложились спать в поздний час, то владыка по-доброму, по-отечески, не будил их рано, а мог, наоборот, зайти и еще одеялом укрыть, чтобы человек отдыхал.
Но если тот же монах, тот же, например, отец Вениамин, накануне не был занят работой, ложился спать в нормальные часы, а потом спал во время подъема, то владыка Иоанн заходил в его келью, аккуратно снимал одеяло с головы спящего и также аккуратно выливал на него стакан воды». Архимандрит Вениамин по прошествии лет рассказывал об этом с добрым юмором.
Владыка Иоанн очень любил детей, всегда знал, кто чем болеет в основанном им в Шанхае приюте, кому нужны помощь и совет, кого следует поддержать, а кого наказать. Он имел от Господа дар духовного рассуждения, был по необходимости строгим духовным отцом, но всегда милосердным и справедливым.
Как-то раз владыку позвали причастить умирающего в шанхайской больнице. Владыку сопровождал священник. В больнице они увидели молодого жизнерадостного юношу, которого уже готовили к выписке. Юноша играл на гармошке. Владыка позвал его, сказав: «Хочу тебя сейчас причастить». Юноша послушно исповедался и причастился.
Сопровождавший владыку священник был очень удивлен таким оборотом дела и спросил, отчего они тратят время на этого молодого человека, явно здорового, вместо того чтобы спешить к умирающему. Владыка ответил: «Он умрет сегодня ночью, а тот, который тяжело болен, будет жить еще много лет». Так и произошло.
В Шанхае одна преподавательница пения, Анна Петровна Лушникова, помогала владыке улучшить дикцию, учила его правильному дыханию, артикуляции, и после каждого урока он благодарил ее и оставлял ей двадцать долларов.
В 1945 году Анна Петровна была ранена и в тяжелом состоянии лежала во французском госпитале в Шанхае. Чувствуя приближение смерти, она стала просить сестер позвать владыку Иоанна, чтобы он причастил ее перед кончиной. Но госпиталь запирали на ночь из-за военного положения, к тому же ночью был шторм, и Анне Петровне в ее просьбе отказали. Она плакала и звала владыку.
Ночью он появился в палате умирающей, улыбнулся ей, затем горячо помолился и причастил больную. Утром она почувствовала себя совершенно здоровой. Никто из сестер не верил, что к ней приходил владыка, так как двери госпиталя оставались закрытыми, но его появление подтвердила соседка по палате. Самым удивительным было вещественное подтверждение прихода владыки — под подушкой Анны Петровны лежала двадцатидолларовая купюра.
Г. Ларин вспоминал об исцелении святителем безнадежно больной на Филиппинах: «Как-то, войдя в русское больничное отделение, мы услышали страшные крики, доходившие издалека. На вопрос владыки о причине этих криков русская сестра сказала, что это безнадежная больная, которую, как беспокоящую своим криком больных, поместили в прилегающий к этому зданию бывший американский военный госпиталь.
Владыка немедленно решил идти к больной, но русская сестра не советовала ему это делать, так как от больной исходит зловоние. “Это не имеет значения”, — сказал владыка и быстрыми шагами направился в другое здание. Я последовал за ним. Действительно, от больной женщины исходил неприятный запах. Подойдя к ней, владыка положил ей на голову крест и стал молиться. Я вышел.
Владыка молился долго, затем исповедал больную и причастил. Когда мы уходили, она уже больше не кричала, но только тихо стонала. Через какое-то время мы снова поехали в госпиталь и едва успели въехать на нашем джипе во двор, как из госпиталя выбежала женщина и бросилась к ногам владыки. Это была та “безнадежная” больная, за которую он молился».
Владыка Василий (Родзянко, † 1999), епископ Православной Церкви в Америке, вспоминал: «Моя матушка, покойная жена моя, занемогла. Что-то случилось неясное, но у нее была страшная боль в бедре, она не могла ступить, она не могла двинуться, и еле-еле мы привезли ее туда в школу, где мы жили в Версале, и сразу же вызвали французского врача. И французский врач долго ее осматривал, покачал головой, отвел меня в сторону и сказал: “Вы должны свыкнуться с мыслью, что она уже никогда больше ходить не сможет. Вам придется купить для нее специальный стул на колесах. И это уже до конца жизни. Но все-таки мы ее отправим в больницу для окончательной и полной проверки”.
Ну, можете себе представить: после всех испытаний, которые уже с нами были… Владыка Иоанн в это время был в отъезде. Приехал, узнал об этом, сразу же вызвал меня, говорит: “Не беспокойся. Я завтра приду, ее причащу”. <…> И он после литургии (это была домовая школьная церковь) в полном облачении пришел с Чашей, <…> остановился в дверях и говорит: “Мария, вставай! Иди причащаться”. И она вдруг встала и пошла. Он спрашивает: “Больно?” — “Нет”. — “Ну, иди, причастись. Причастилась? А теперь иди снова ложись”. Она легла. Это было как во сне.
Он ушел потреблять Святые Дары назад, в церковь, я остался с ней. Она мне говорит: “Боль прошла, ничего не чувствую”. Но тем не менее после обеда приехала “скорая помощь” и отвезла ее в больницу. Пробыла она там несколько дней, и через несколько дней вернули ее с запиской доктора: “Зачем вы нам ее прислали? Она совершенно здорова, ничего у нее нет!”»
Е. Г. Черткова рассказывала, что один юноша, который жил при монастыре Леснинской иконы Божией Матери, внезапно заболел менингитом. Владыке сообщили, что у него безнадежный случай и не остается надежды на то, что он доживет до следующего утра. Владыка сразу же отправился его навестить, долго молился около него, и на следующий день выздоровевший молодой человек уехал из больницы.
В. Дикова рассказывала: «Мама прислала письмо из Парижа, что на моего брата напали хулиганы, избили до потери сознания и взяли его деньги. <…> Брата отвезли в больницу, и рентген показал, что у него трещина в черепе. К брату ночью приходил владыка Иоанн, причастил его, помолился, потрогал его голову и спросил, не нужны ли ему деньги. <…> Рассказав об этом маме, брат спросил, как владыка узнал, что он в госпитале и что он остался без денег, — мама ведь еще о случившемся не знала!
Когда моему брату сделали повторный снимок головы, то не нашли трещины, и брат быстро поправился, а доктор ничего не мог понять! Многим, кто знал владыку, было известно, что просить его не надо — его Сам Господь посылал и указывал, куда и к кому идти. В Париже в госпиталях владыку все знали и его туда пускали в любое время».