Хроники Нарнии. Вся история Нарнии в 7 повестях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Поговори мне ещё!

А Шаста даже не заплакал – привык к битью.

За стеной столица показалась ему не такой красивой. Улицы были узкие и грязные, стены – сплошные, без окон, народу гораздо больше, чем он думал.

Крестьяне шли на рынок, но были тут и водоносы, и торговцы сладостями, и носильщики, и нищие, и босоногие рабы, и бродячие собаки, и куры. Если бы вы оказались там, то прежде всего ощутили бы запах немытых людей, бродячих собак, лука, чеснока, мусора и помоев.

Шаста делал вид, что всех ведёт он, хотя вёл Игого, указывая, куда свернуть. Они долго шли вверх, сильно петляя, пока не оказались наконец на обсаженной деревьями улице. Воздух тут был получше. С одной стороны стояли дома, а с другой – за зеленью виднелись крыши на уступе пониже и даже река далеко внизу. Чем выше подымались наши путники, тем становилось чище и красивее. То и дело попадались статуи богов и героев (скорее величественные, чем красивые), пальмы и аркады бросали тень на раскалённые плиты мостовой. За арками ворот зеленели деревья, пестрели цветы, сверкали фонтаны, и Шаста подумал, что там очень неплохо.

Толпа, однако, была по-прежнему густой. Идти приходилось медленно, нередко – останавливаться; то и дело раздавались крики: «Дорогу, дорогу, дорогу тархану», – или: «…тархине», – или: «…пятнадцатому визирю», – или: «…посланнику». И все, кто шёл по улице, прижимались к стене, а над головами Шаста видел носилки, которые несли на обнажённых плечах шесть рабов-великанов. В Тархистане только один закон уличного движения: уступи дорогу тому, кто важнее, если не хочешь, чтобы тебя хлестнули бичом или укололи копьём.

На очень красивой улице, почти у вершины (где стоял дворец Тисрока), случилась самая неприятная из всех этих встреч.

– Дорогу светлоликому королю, гостю Тисрока (да живёт он вечно)! – провозгласил кто-то зычным голосом.

Шаста посторонился и потянул за собой Игого, но ни один конь, даже говорящий, не любит пятиться задом, а тут ещё их толкнула женщина с корзинкой, так что бедный мальчик неведомо как выпустил поводья. Толпа тем временем стала такой плотной, что отодвинуться дальше к стене он не мог и волей-неволей оказался в первом ряду.

Он не увидел никаких носилок. Посередине улицы шли пешком чрезвычайно странные люди, человек шесть. Тархистанец был один – тот, что кричал: «Дорогу!..», – остальные были светлые, белокожие, как он, а двое ещё и белокурые. Одеты они были тоже не так, как одеваются в Тархистане, – без шаровар и халатов, в чём-то вроде рубах до колена (одна зелёная, как лес, две ярко-жёлтые, две голубые). Вместо тюрбанов у некоторых были стальные или серебряные шапочки, усыпанные драгоценными камнями, а у одного даже с крылышками. Мечи у них были длинные, прямые, а не изогнутые, как ятаган. А главное – в них самих он не заметил и следа присущей здешним вельможам важности. Они улыбались, смеялись, один – насвистывал, и сразу было видно, что они рады подружиться с любым, кто с ними хорош, и просто не замечают тех, кто с ними неприветлив. Глядя на них, Шаста подумал, что в жизни не видел таких приятных людей.

Однако насладиться зрелищем он не успел, ибо тот, кто шёл впереди, схватил его за плечо и воскликнул:

– Вот он, смотрите! Как вам не стыдно, ваше высочество! Королева глаза выплакала. Где же это видано – пропасть на всю ночь?!

Шаста спрятался бы под брюхом у коня или в толпе, но не мог – светлые люди окружили его.

Конечно, можно было сказать, что он бедный сын рыбака и вельможа обознался, но тогда пришлось бы объяснить, откуда взялся конь и кто такая Аравита. Мальчик оглянулся, на-деясь на помощь Игого, но тот не собирался оповещать толпу о своём особом даре. Что до Аравиты, на неё Шаста и взглянуть не смел, опасаясь выдать. Да и времени не было – глава белокожих сказал:

– Будь любезен, Перидан, возьми его высочество за руку, а я – за другую. Ну, идём. Обрадуем поскорей сестру нашу, королеву.

Потом человек этот (наверное, король, потому что все говорили ему «ваше величество») принялся расспрашивать Шасту, где он был, как выбрался из дому, куда дел одежду, не стыдно ли ему и так далее. Правда, он сказал не «стыдно», а «совестно».

Шаста молчал, ибо не мог придумать, что бы такое ответить и не попасть в беду.

– Молчишь? – сказал король. – Знаешь, принц, тебе это не пристало! Сбежать может всякий мальчик. Но наследник Орландии не станет трусить, как тархистанский раб.

Тут Шаста совсем расстроился, ибо молодой король понравился ему больше всех взрослых, которых он видел, и хотелось ему понравиться.

Удерживая за руки, незнакомцы провели его узкой улочкой, спустились по ветхим ступенькам и поднялись по красивой лестнице к широким воротам в белой стене, по обе стороны которых росли кипарисы. За воротами и дальше, за аркой, оказался двор, или, скорее, сад, в центре которого журчал прозрачный фонтан. Вокруг него, над мягкой травой, росли апельсиновые деревья; белые стены были увиты розами.

Пыль и грохот исчезли. Белокожие люди вошли в какую-то дверь, тархистанец остался. Миновав коридор, где мраморный пол приятно холодил ноги, они прошли несколько ступенек – и Шасту ослепила светлая большая комната окнами на север, так что солнце здесь не пекло. По стенам стояли низкие диваны, на которых лежали расшитые подушки, и народу было много, причём очень странного. Но Шаста не успел толком об этом подумать, потому что самая красивая девушка из всех, что ему довелось видеть, кинулась к ним и со слезами стала его целовать.

– О Корин, Корин! Как ты мог?! Что я сказала бы королю Луму? Мы же с тобой такие друзья! Орландия с Нарнией всегда в мире, а тут могли бы поссориться… Как тебе не совестно?

«Меня принимают за принца какой-то Орландии, – подумал Шаста. – А они, должно быть, из Нарнии. Где же этот Корин, хотел бы я знать?»

Но мысли эти не подсказали ему, как ответить.

– Где ты был? – спросила красавица, обнимая его, и он наконец ответил:

– Я… я н-не знаю…

– Вот видишь, Сьюзен! – воскликнул король. – Ничего не говорит, даже солгать не хочет.

– Ваши величества! Королева Сьюзен! Король Эдмунд! – послышался голос, и, обернувшись, Шаста чуть не подпрыгнул от удивления.

Говоривший (из тех странных людей, которых он заметил, войдя в комнату) был не выше его и от пояса вверх вполне походил на человека, а ноги у него были лохматые и с копытцами, сзади же торчал хвост. Кожа у него была красноватая, волосы вились, а из них торчали маленькие рожки. То был фавн – Шаста в жизни их не видел, но мы-то с вами знаем, кто они такие. На-деюсь, вам приятно узнать, что фавн тот самый, мистер Тумнус, которого Люси, сестра королевы Сьюзен, встретила в Нарнии, как только туда попала, только очень постаревший, ибо Питер, Сьюзен, Эдмунд и Люси правили здесь уже несколько лет.