Перед тем как идти в гараж, Ди окинула взглядом свой небольшой домик – таунхаус в Скугосе, недалеко от Стокгольма. Это обратная сторона медали. Жизнь, настоящая жизнь. Вопрос в том, есть ли у нее хоть какой-то шанс вернуться назад.
Потом она преодолела короткий путь от первого гаража (от которого пахло обычным гаражом – и почему все они пахнут одинаково?) ко второму. Который вовсе не был гаражом, а служил классическим кабинетом трудоголика. Ди уже не пыталась себя обманывать: ее работа была ее главным развлечением. Особенно с тех пор, как стала странной и сложной. С тех пор, как превратилась в одно бесконечное хождение по канату.
Кабинет был совершенно безликим. Ди даже не пыталась претендовать на какое-то оформление интерьера. На доске висело несколько распечаток. Ди разбудила компьютер и продолжила распечатывать с того места, на котором остановилась двумя часами ранее – тогда ее прервали все более требовательные крики голодной Люкке.
Ди подвинулась на стуле ближе к компьютеру и начала рассматривать фотографии, сделанные с мобильного телефона в кабинете Августа Стена. До сих пор это были только счета и фактуры. Ди сравнивала, отмечала, пыталась сделать выводы.
О чем? И вообще, чем она, собственно, занимается? Она откинулась на спинку стула, попробовала остыть и мыслить логически.
Если СЭПО известно, что Бергер не виновен в смерти серийного убийцы, почему они не хотят доказать это и оправдать его? Пока их защита не очень похожа на помощь, скорее на шантаж. Типа: мы защитим тебя, если ты выполнишь для нас работу. А какую работу Бергер может выполнить для СЭПО? Ди не знала, она искала зацепки, а найти их можно только у Августа Стена, непосредственного начальника Молли Блум. Таким образом, Ди искала любые сведения о местонахождении Стена, поскольку это с большой долей вероятности могло привести ее к Бергеру.
Телефонные счета вывели Ди на несколько мобильных номеров, а также пару стационарных. Все номера на первый взгляд незнакомые, но Ди тщательно выписала их. Офисные счета давали довольно четкое представление о географии перемещений, пока что не дальше Стокгольма и окрестностей. Сопоставив все эти данные, можно было предположить, где примерно находился Стен, когда звонил по тем или иным номерам, но вряд ли Ди сможет извлечь из всего этого какую-то реальную пользу.
Шумный принтер резко затих. Ди поднялась, достала пачку распечаток, снова села и стала их просматривать. Взгляд упал на график работы, явно составленный и предназначенный для пожилого человека. Начерченный от руки график на месяц, под карандашными заметками виднеются следы предыдущих, стертых записей. То, что график висел в торце книжного стеллажа, не заметный для посетителей, но при этом доступный в любую секунду для хозяина кабинета, могло свидетельствовать о том, что он держался в секрете. Возможно, если Ди повезет, это окажется график, составленный собственноручно Стеном для его ближайших сотрудников.
Текста на листке содержалось совсем немного, и тот закодированный: ничего не говорящие комбинации букв, за исключением пяти крошечных строчек в левом нижнем углу. Пять рядов: по две заглавные буквы, сопровождаемые комбинацией цифр, похожей на номера телефонов. Среди них – РГ и КД.
Вполне возможно, это список внешних агентов Августа Стена. Похоже, что РГ обозначает Роя Г., а КД – Кента Д. Ди набрала номер РГ. После многочисленных сигналов, не предвещающих ничего хорошего, трубку взяли, но не Рой, а какая-то женщина.
– Да?
– Здравствуйте, – ответила Ди, оторопевшая от такого поворота событий. – А куда я попала?
– Это телефон Роя Грана.
Ди уставилась на свой запасной мобильник, как будто видела его в первый раз. Потом произнесла:
– Отлично. Могу я поговорить с ним?
– Дело в том, что мы забрали его телефон. Я думала, он разряжен. Он лежал в ящике стола здесь, на рецепции.
– Я не очень понимаю, – честно призналась Ди. – Куда я все-таки попала?
– Ой, простите, – отозвалась женщина. – Меня зовут Ингер Стенссон, я медсестра реанимационного отделения больницы Седер.
Ди нахмурилась, скорее с надеждой, чем с беспокойством.
– Как я уже сказала, мне нужен Рой Гран. Как у него дела?
– А с кем я разговариваю? – последовал профессиональный вопрос.
– Меня зовут Лена Андерссон, – соврала Ди, – я коллега Роя.
– Понятно, – ответила Ингер Стенссон. – Ваш коллега умер.
Ди сглотнула, пытаясь заглушить нахлынувшие эмоции.
– Это я поняла, – спокойно ответила она. – Но мне никто не сказал, что именно произошло.
– Помимо того, что тело было разорвано на две половины, я никогда раньше не видела человека, так сильно пострадавшего от пчелиных укусов.
– Пчелиные укусы?
– Да, множественные укусы пчел. И это в наше-то время, когда пчелы почти исчезли с земного шара.
– А Кент? – спросила Ди. – Он тоже погиб?
– Кент? – переспросила Ингер Стенссон.