– Он встретил нас у дома Серебряной Сандалии, и с тех пор он работает вместе с мистером Колтоном.
– Ты сказал, что он придет сюда?
– Угу. Вот так здорово! – присвистнул паренек. – Я забыл показать вам телеграмму, – он покопался в кармане и выудил оттуда желтую бумагу.
– Телеграмму? – переспросил Темз.
– Он не мог позвонить, – ухмыльнулся мальчишка. – Он обрезал телефонные провода, чтобы девушка внизу не смогла позвонить никуда, кроме как в верхнюю комнату.
– Ты упоминал, что с ней Надин? – заинтересованно спросил Темз, мрачное лицо которого на мгновение прояснилось от мысли об этой девушке, появившейся в его жизни.
– Она пришла больше трех часов назад. Мистер Колтон велел Джону не будить вас.
Темз убедился, что его галстук завязан идеально ровно, смахнул невидимую соринку с воротника и шагнул к двери.
– Разве вы не прочитаете телеграмму? – ухмыльнулся Гонорар.
Розовые щеки Темза покраснели от румянца, пока он разворачивал совершенно забытую телеграмму. Ее слова так удивили его, что он непреднамеренно прочитал ее вслух:
Беспрекословно подчиняйся указаниям окружного прокурора. Доставь девушку, ворона и его перо в место, которое укажет О.П. У меня здесь Серебряная Сандалия и Брэкен. Дело прояснилось, но, думаю, потребуются глаза.
Темз еще раз перечитал телеграмму. Почему он должен подчиняться приказам окружного прокурора? Почему Колтон не передал ему указания напрямую? Где то место, которое укажет прокурор? И зачем ему потребуются глаза Сидни Темза? Ведь прокурор не слепой.
– Как давно она пришла? – если Колтон позвонил окружному прокурору, то последний должен был опередить телеграмму.
– Пять минут назад, – ответил Гонорар и вновь ухмыльнулся. – У вас есть время повидаться с Надин прежде, чем он придет.
Чувствительный Сидни, не медля, вышел из комнаты. Гонорар скорчил рожу и последовал за ним. Сидни хотел сбежать по лестнице, но мысли об ухмыляющемся мальчишке заставили его степенно шагать по лестнице. В холле они встретили Джона с подносом.
– Девочки просто перекусили, сэр, – сообщил тот. Сидни негодовал из-за того, что пришлось задержаться на лишнюю минуту, но, улыбнувшись, кивнул. Затем он шагнул к двери, но тут его остановил звонок колокольчика, извещавший о прибытии посетителя.
– Я открою! – объявил Гонорар, устремившийся к двери.
Это был окружной прокурор, в манерах и голосе которого сквозило подавленное возбуждение.
– Живо! – скомандовал он, попытавшись прикрыть резкость слов улыбкой. – Нашли труп официанта!
Сидни рассвирепел от мысли, что придется подчиняться приказам кого-либо, кроме проблемиста. На кончике его языка уже вертелся острый ответ; но в его памяти всплыли слова из телеграммы. «Беспрекословно», – так велел слепой. Беспрекословно!
Сидни разочарованно взглянул на закрытую дверь и взял пальто и шляпу, которые мальчишка подал ему.
– Креветка, пойдешь с нами? – спросил он, направляясь к выходу.
– Нет, сэр, – ответил паренек. – Я также получил телеграмму. Мистер Колтон хочет, чтобы я пересчитал перья в хвосте Рамзеса.
– Что?
– Живо! – поторопил окружной прокурор, и Сидни подумал, что тот излишне резок.
Но он беспрекословно подчинился.
– Знаете, кто официант? – спросил прокурор, когда автомобиль двинулся по улице.
– Креветка рассказал мне о проводнике, – коротко ответил Темз. Окружной прокурор взглянул на лицо Сидни Темза и вскоре понял причину односложности ответов последнего.
– Я тоже внезапно сорвался с места, – сказал прокурор. – Колтон позвонил мне. Сказал поторопиться и прихватить вас. Заставил меня отозвать детективов, отправленных в Пафкипси. Колтон распорядился через капитана Макманна о том, что полицейский департамент Нью-Йорка должен отозвать всю охрану от дома старика в Пафкипси. Я не понимаю этого. Колтон сказал, что у него Брэкен и Серебряная Сандалия, и что они признались. Так почему бы не доставить их в город? И почему он хочет, чтобы я взглянул на перо?
– Перо? – переспросил Сидни, вспомнивший о последней фразе Гонорара.