Я не знаю, как реагировать. Просто опускаю голову. Боюсь, что он разозлится.
— У меня женщины еще никогда не плакали, — доносится его голос. — По крайней мере, когда я их ласкал.
Я обхватываю себя руками и вдруг мне становится все равно. Пусть бьет. Я вспомнила кем была до и сейчас мне жутко больно и страшно. Меня просто смешали с грязью. Пусть убьет! Хотя бы так я отсюда выйду.
Поднимаю голову. Наверное, мои глаза блестят как у помешанной.
Виктор касается моего подбородка пальцем.
— Что такое, Олененок?
Тут раздается стук в дверь и гневный голос Хозяина.
— Все отменяется! Возвращай ее сейчас же!
Я вздрагиваю, представляя, что ждет меня за дверями.
— Что такое? — Виктор пристально смотрит мне в глаза. — Рассказывай!
Страх и вместе с тем отвращение ломают во мне запреты, установленные клубом.
— Ты! — мой голос похож на рык загнанного в ловушку зверя. — Подстроил это столкновение! Для тебя это на раз поразвлечься, а я буду еще несколько месяцев страдать! Он запрет меня в комнате и…
— Открывай! — орет мой Хозяин.
Лицо Виктора перекашивает злоба.
Он разворачивается и шагает к двери.
Если книга вам нравится, буду благодарна за комментарии и лайки.
Прода в 1:00 по Мск 13.03
Глава 3
— Чего тебе надо? — раздается перед тем, как за спиной Виктора хлопает дверь.
Я жду расправы.
Мужчины разговаривают на повышенных тонах. По сути, ожидание казни хуже самой казни. В этом я уже убедилась.
Я стою посреди комнаты и смотрю на лежащее на полу разорванное алое платье. Сколько таких уже было у меня. Хозяин перестал покупать мне дорогие вещи. "Только деньги тратить" — говорит он.
Обхватываю себя за плечи и опускаюсь на колени.
Я понимаю, что не слышала поворота ключа. Я могла бы выйти. Попробовать бежать. Но я знаю, что за все это меня ждет наказание от хозяина клуба. А это хуже смерти.
Вроде бы меня прямо сейчас ничего не сдерживает — ни кандалов, ни наручников. Но страх лучшее оружие. Я сейчас в клетке.
Я вытираю скользящие по щекам слезы, стараясь как можно тише всхлипывать. Я уже привыкла делать именно так.
В последнее время я не могла даже плакать. Накрывало отупением. Похоже, члены клуба добились своего, сделав из меня послушную, ничему не сопротивляющуюся и ничего не желающую игрушку.
Встреча с Виктором что-то изменила, напомнив о прошлом, о том, кем я была до всех этих событий. Настоящим человеком. Со своими мыслями, мечтами. Красивой девушкой. А теперь я дорогая вещь, купленная на аукционе.
Я падаю на пол, зарываясь пальцами в ворс ковра. Мне так жалко всего, что я потеряла.
Стараюсь выдыхать в пол, чтобы хуже были слышны рыдания. Никто здесь не любит истерик.