Степи Евразии в эпоху средневековья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Раскопанное С.В. Киселевым городище Хир-Хира в Читинской обл. дает образец ранней истории монгольского города XIII — начала XIV в., представлявшего вначале скопление усадеб монгольской аристократии, переходящей к оседлости. К большой прямоугольной усадьбе — цитадели, где раскопан на вершине платформы дворец правителя с деревянными щитово-каркасными стенами, крытый неглазурованной черепицей, примыкали маленькие усадьбы вассалов [Древнемонгольские города, 1965, с. 23–59] (рис. 95, 2).

Рядом с городищем Хир-Хира были открыты богатые курганы с предметами буддийского культа, принадлежавшие потомкам аристократических монгольских родов Джочи-Касара и Исункэ.

Дворцовая усадьба крупного монгольского феодала, перешедшего к оседлости в XIV в., ставшая потом ядром образующегося города, так называемый дворец, была исследована С.В. Киселевым в Забайкалье [Древнемонгольские города, 1965, с. 325–370]. Здесь был обнаружен большой дворец на искусственной платформе с колоннами и обширный двор перед ним с воротами и парными павильонами.

Наиболее значительным был г. Каракорум в Монголии — столица Чингисидов до того, как великий каан Хубилай не перенес ее в Пекин, в Китай. Этот город изучен С.В. Киселевым совместно с монгольскими археологами [Древнемонгольские города, 1965, с. 123–316] (рис. 95, 2).

Города, подобные Каракоруму, были той базой, на которой зиждились успехи войск монгольских каанов, главным образом металлургической базой Чингис-хана и Угедея. Здесь ковали оружие, отливали огромные чугунные втулки для боевых колесниц, сюда стекалась дань завоеванных провинций, тысячи купцов везли в город награбленное золото и серебро, продовольствие, предметы роскоши.

Были исследованы руины дворца Угедея в Каракоруме. Здесь стоит большая каменная черепаха с пазом в спине, в который вставляли каменные стелы с указами. Дворец был возведен на высокой земляной платформе, облицованной кирпичом. Главный зал имел устланный кирпичными плитками пол. Несколько рядов колонн поддерживали крышу, крытую зеленой, желтой и красной черепицей (красная черепица употреблялась только в императорских постройках). Часть пола была устлана поливными зелеными плитками. Обогревался дворец жаровнями в виде больших чугунных чаш.

Ворота были окованы золоченой медью, фрагменты которой найдены среди развалов. Сотни монет, стрелы, копья, секиры, втулки от колесниц, подковы, мотыги, чугунные лемехи плугов, ножницы, молотки, чугунные котлы на трех ножках находили археологи в развалинах дворца и в ремесленных и торговых кварталах города. Гончарные печи свидетельствуют о развитом керамическом ремесле. Великолепные расписные блюда демонстрируют большую культуру производства и высокую степень развития прикладного искусства. Каменные плитки для растирания туши, костяная печать с иероглифами, весы и гирьки, бронзовые гравированные тонким рисунком сосуды и серебряные ковшики, бронзовые круглые зеркала, отполированные с одной стороны и сложными прихотливыми узорами — с другой, бляхи и пряжки от поясов, серьги и обломки золоченого браслета, ремни, роскошные ткани, от которых сохранились обрывки, стеклянные сосуды, сохранившиеся в мелких фрагментах, игральные кости и бусы, стеклянные палочки для еды и много-много другого было найдено в развалинах этой столицы монгольской империи [Древнемонгольские города, 1965].

Итак, не дикими варварами-кочевниками были воины Чингис-хана. За ними, в их тылу, была мощная городская база, они управлялись сильным аппаратом принуждения и учета, сотни чиновников ведали поступающими богатствами и приводимыми рабами-ремесленниками. Организованное государство, жестокое своей дисциплиной и поставленными перед ним целями, — вот в чем была сила монгольского движения, перед которым все отступало.

Следующей после Китая жертвой монголов оказалось государство хорезмшахов, занимавшее в то время большую территорию от Аральского моря до р. Инда. Его города Ургенч, Ходжент, Отрар, Бухара, Самарканд — центры ремесла, международной торговли и просвещения — были разрушены [Татаро-монголы, 1970, с. 100–141].

Монгольские войска вторглись в Иран и разрушили такие крупные центры, как Нишапур, Рей, Казвин и Тавриз. Они прошли через Армению, Грузию, Азербайджан и, выйдя в степные пространства нашего юга, вторглись в Крым, захватив крупный торговый центр того времени Судак.

Движение монголов в степи Восточной Европы носило главным образом разведочный характер. В 1223 г. произошла битва на Калке, в которой объединенные войска русских князей и половцев были разбиты (рис. 96).

Через несколько лет, в 1229 г., монгольские отряды появились на р. Яик. Здесь они столкнулись с отрядами волжских болгар, которые задержали наступление монголов и, по-видимому, заставили их уйти. В 1232 г. монгольские войска опять появились на восточной границе государства волжских болгар. Они вновь встретили сопротивление болгар, и их попытки завоевать в тот год Болгарию окончились неудачей. Только по прошествии трех лет, после нового общего решения Чингисидов на курултае, в Европу были отправлены большие силы, которые в 1236 г. разгромили Болгарское государство. Пали крупные города Биляр, Болгар, Сувар и др. В 1237 г. монгольская армия появилась на границах Руси.

В декабре 1237 г. монголы осадили Рязань. После шестидневной осады город пал. Отсюда монголы прошли на Коломну, разбили русские войска, пошли на Москву и сожгли город. В феврале 1238 г. они осадили Владимир и после ожесточенной битвы взяли его. Знаменитый Успенский собор, одно из чудесных произведений мировой архитектуры, был обложен деревом и сожжен. Погибли и остальные города княжества — Суздаль, Ростов, Городец, Переяславль [Татаро-монголы, 1970, с. 179–203].

В марте 1238 г. монголы встретились с войсками владимирского князя Юрия Всеволодовича и разбили их на р. Сити. До Новгорода монгольские войска не дошли из-за весенней распутицы. На обратном пути в степь Бату задержался у г. Козельска. Осада Козельска длилась семь недель, и, только перебив всех защитников, татары овладели городом.

Одновременно с действиями Бату в русских землях его двоюродный брат Менгу усмирил половцев, группа которых под водительством хана Бачмана засела в низовьях Волги.

В 1239 г. татары овладели Черниговым, в 1240 г. осадили и после жестокого штурма взяли Киев. При археологических раскопках В.В. Хвойко и М.К. Каргера в Киеве были обнаружены следы этого штурма и последующего погрома: брошенные и погибшие жилища с костяками детей, спрятавшихся в печах, погибшие со своим имуществом русские люди в Десятинной церкви, где они искали спасение, когда в город уже ворвались монголы, большие братские могилы жертв 1240 г. и т. п.

Трагическую судьбу небольшого южнорусского города Изяславля, лежавшего на пути монгольских войск, раскрыли также археологические раскопки под руководством М.К. Каргера. Под слоем земли среди пожарищ лежали здесь костяки погибших защитников в кольчугах, шлемах, с секирами, мечами и саблями. Были здесь и простые горожане, порубленные татарскими воинами.

После русских земель перед монголами открылся путь в богатейшие земли Западной Европы. Европейские рыцари и правители срочно собирали отряды, сколачивали армии. Монголы были уже в Польше, Чехии, грабили в Венгрии, рвались к Адриатике. Весной 1241 г. они разгромили у Лигницы войска короля Генриха Благочестивого и на берегу р. Сайо — венгерские армии короля Белы IV. Но монгольские войска устали, не могли уже развить ту энергию, которая пробивала любые укрепления, разрушала города и распыляла вражеские войска. Битвы под Козельском и Черниговом, осада Киева, столкновения с половцами дали себя знать. В 1241 г. умер великий монгольский каан Угедей. Создалась реальная угроза тяжелой династической распри из-за верховной власти и междоусобных войн. Тогда войска Бату повернули на восток, уклонившись от решительных сражений с западноевропейскими рыцарями (Татаро-монголы, 1970, с. 204 и сл.).

В середине XIII в. образовалось одно из монгольских государств — улус Джучи. Оно включало в себя степные пространства Восточной Европы до Дуная, а также большую часть степной Западной Сибири и Казахстана. Эти области назывались Дешт-и-Кипчак. Кроме того, в состав улуса Джучи вошел ряд оседлых областей со старыми центрами ремесла и культуры: Северный Кавказ, Крым, Молдавия, Волжская Болгария, мордовские земли, левобережный Хорезм. Все эти области составили правое крыло улуса (позднее Ак-Орда), где правили потомки сына Джучи хана Бату — завоевателя Восточной Европы. Низовья Сырдарьи вошли во владения другого сына Джучи — Орды и составили левое крыло улуса Джучи (Кок-Орда или Синяя Орда русских источников).

В зависимом от Орды положении оказалась Русь. Позднее государство улус Джучи стало называться Золотой Ордой.

Золотая Орда объединяла два совершенно различных культурных и хозяйственных мира: степных кочевников-скотоводов и оседлые сельскохозяйственные земли с городами — центрами ремесла и торговли. Эти два мира резко отличались друг от друга. Они были мало связаны хозяйственно и объединялись в рамках одного государства главным образом деспотической властью золотоордынских ханов. Первоначально монгольская аристократия вела кочевой образ жизни, заменив в половецкой степи вытесненную и уничтоженную ею половецкую племенную аристократию. Джучидская династия во второй половине XIII в. приобрела все права суверенитета, полностью собирала в свою пользу налог и обратилась к управлению городскими и сельскохозяйственными землями, а также к строительству новых городов. Расцвета государство Золотая Орда достигло в первой половине XIV в. при ханах Узбеке и Джанибеке, когда максимально развивается городская жизнь, торговля, денежное обращение. В это время наблюдается определенное единство в политической жизни государства.

Основным населением Золотой Орды и главным образом ее степной части оставались прежние кипчакские (половецкие) племена. Исследовано большое количество курганов в степях, относящихся к XIII — началу XV в. Установлено, что обряды и наборы вещей, характерные для половцев XII — начала XIII в., существовали и в золотоордынский период. Пришлые монголы оставили некоторые погребения и группы курганов, но не внесли существенных изменений в этнический состав населения степей. С пришлым с монголами из Сибири этносом можно, видимо, связывать погребения с северной ориентировкой, подбойные могилы (рис. 97, 5), встречающиеся иногда в могилах вырезанные из листовой бронзы идольчики и головные уборы типа описанной Карпини шапки-бокки (рис. 98, 6). Но эти черты пришлого восточного этноса не образуют устойчивого комплекса и растворены среди половецких погребений. Отмечено, что монгольское завоевание вызвало перераспределение кочевого населения в Дешт-и-Кипча. Так, например, массы Черных Клобуков переселились из районов Роси на Волгу. Значительно увеличилось кочевническое население степного Нижнего Поволжья в связи с переносом сюда основных центров Золотой Орды. Но вместе с тем ряд локальных признаков в половецкой степи, сложившихся до монгольского завоевания, сохраняется и развивается в XIII–XIV вв. [Федоров-Давыдов, 1966а]. Возникшее в домонгольский период основное этническое членение восточноевропейской и казахстанской степей (областей западных половецких и восточных кипчаков) и гузов в Приаралье повторилось в основном членении улуса Джучи на улус Бату (Восточная Европа), улус Шибана (Сибирь и Казахстан) и улус Орды (Приаралье).

Археологические материалы кочевников XIV в. достаточно полно изучены в настоящее время. К числу характерных для XIV в. вещей в кочевнических погребениях следует отнести серьги в виде знака вопроса, костяные накладки на колчаны с резным, иногда ажурным и раскрашенным в разные цвета орнаментом [Малиновская Н.В., 1974] (рис. 99), круглые металлические зеркала с репликами китайских или среднеазиатско-иранских узоров на обратной стороне, стремена с арочной дужкой и широкой подножкой и т. п.

Вторым компонентом археологии Золотой Орды являются древности, связанные с золотоордынскими городами. В Золотой Орде были такие старые культурные центры городской жизни, как Ургенч, Болгары, разрушенные монголами, но быстро восстановленные и ставшие в первый период золотоордынской истории, вплоть до конца XIII в., главными торгово-ремесленными центрами улуса Джучи. Их культура претерпела значительные изменения в золотоордынский период, но все же сохраняла основные традиции предшествовавшего времени, являя собой единую линию развития.

Другую картину представляют построенные ханами во второй половине XIII в. и ставшие основными центрами экономики и политики государства в XIV в. степные, собственно золотоордынские города в низовьях Волги и Урала. Они возникли в течение недолгого периода в результате строительной активности ханской власти и на новых местах (на золотоордынских городищах не обнаружено подстилающего домонгольского слоя). Центральная власть видела в них, с одной стороны, центр управления вновь созданным государством, с другой стороны, пункты, где огромные людские и материальные ресурсы, захваченные в результате походов и завоеваний, могли быть реализованы в строительстве, ремесле и торговле.

Особенностью золотоордынских городов было строительство их силами пригнанных пленных ремесленников и рабов. Это обеспечило быстрое возведение больших новых городов, а также определило своеобразие пути их развития. По археологическим данным золотоордынских городищ на нижней Волге, можно предположительно выделить два периода их развития: 1) период возведения дворцов правителей-ханов и их ближайшего аристократического окружения и создание больших поселений рабов-ремесленников и строителей рядом с ними; 2) период превращения усадеб в ячейки городской застройки аристократических кварталов с развитием внутри них усадебного ремесла и превращения поселений рабов-строителей и ремесленников в кварталы полусвободного городского плебса — мелких торговцев и ремесленников — с уличной планировкой.

Элемент рабовладения, который усилился в связи с завоевательными войнами, отразился не только в коротких сроках строительства золотоордынских городов, не только в смешанности их культуры, в которой сплавились традиции культур многих завоеванных народов, не только в социальной топографии города, но и в организации ремесел. В частности, в золотоордынских городах, так же как и в Иране эпохи монгольского владычества, были крупные рабские ремесленные мануфактуры с участием большого количества рабов, принадлежавшие ханам, аристократии или богатым купцам.

Характерной особенностью золотоордынских, так же как и центральноазиатских монгольских городов, было отсутствие, неразвитость или позднее возведение крепостных стен и других линий фортификации. Для столичных городов это объясняется силой центральной власти в период расцвета этих городов, которая делала ненужными укрепления, обеспечивала внутренний мир в государстве, а для периферийных городов — политикой ханов, боявшихся стремления к автономии и к сепарации городов и их округи.

Пока была сильна центральная власть, города процветали. Но стоило этой власти пошатнуться и ослабнуть — они сразу пришли в запустение. Их неспособность пережить ослабление политической власти была следствием того, что они строились на пустом месте, на привозных материальных и людских ресурсах, не были связаны с окружающими их кочевыми степями, искусственно поддерживались правительством. Золотордынские города, пышно расцветшие в XIV в., оказались историческим «пустоцветом» и в XV в. не оставили после себя ничего, кроме величественных руин и воспоминаний. В оседлых районах, в Крыму, Волжской Болгарии, культура золотоордынских городов оказалась более устойчивой, пережила Золотую Орду и составила важный компонент более поздних культур Казанского и Крымского ханств [Федоров-Давыдов Г.А., 1964, 1974; Егоров В.Л., 1969].

Первой столицей Золотой Орды был г. Сарай, иногда называвшийся, судя по выпускавшимся им монетам, Сарай ал-Махруса (Сарай Богохранимый) С этим городом связывают огромное городище у с. Селитренного на левом берегу Ахтубы в Астраханской обл. Городище исследовалось ранее небольшими эпизодическими раскопками, в частности Ф.В. Баллода в 1922 г. [Баллод Ф.В., 1923б], а систематически — только Поволжской археологической экспедицией под руководством Г.А. Федорова-Давыдова.