— Спешим. Воды зальем и поехали дальше. Ближняя к вам ферма в какой стороне?
— Кого-нибудь ищете?
— Хотим закупить мяса.
— Покупай у меня. Бараны жирные и цены не выше, чем у других.
— Нам много надо.
— Я вам много и продам.
— Почем продаете?
— Хорошего валуха отдам за двести пятьдесят тысяч дирхемов. Будете брать десяток или больше, уступлю по двести двадцать…
Цена действительно была невелика. Но старик Амелину не нравился. Он словно ощупывал его и Ступникова, поглядывая в окна автомобильной будки, где виднелись головы остальных бойцов. Впрочем, это могло быть обычным любопытством.
— Вы с Сарыжакской нефтяной вышки, — не то утверждая, не то спрашивая, проговорил чабан.
Амелин слышал название поселка, но не знал, имелась ли там вышка или нет.
— Нет, мы из-под Чемкара.
— Далеко забрались…
— Это разве далеко? — засмеялся Ступников. — По семьсот верст, бывает, за один рейс отматываешь.
— Так в какой стороне ближайшая точка? — снова спросил Амелин.
— У меня баранов покупайте, — упрямо повторил старик. — А точка вон там!
Он показал плеткой в сторону юга. Сергей подумал, что барана у старика купить надо. Пока будет резать и освежевывать, может, что интересного расскажет.
— Давай, режь, — махнул рукой Амелин. — Двести пятьдесят тысяч даю и водкой угощу. Ребята, выходите!
Сергей открыл дверь будки, откуда по одному стали выпрыгивать остальные. Старик с помощью Ступникова быстро освежевал барана. Тушу положили на шкуру, просохнуть. От водки чабан не отказался. Выпил две стопки, потом закурил глиняную трубку, набив ее крепким листовым табаком.
— Работников не держите, дедушка?
— Нет. С племянником управляюсь. В сакман жена и дети помогают.
— А другие хозяева работников держат?
— Кто держит, а кто и нет.
— Русские небось на хозяев работают?
— Есть и русские, есть и таджики. И афганцы есть. Всякий народ… А вы кого-нибудь ищете?
— Мы нефть ищем, — наливая себе и старику водки, ответил Сергей. — У нашего водителя двоюродный брат запил, с женой поругался и из дому ушел. Говорят, где-то в этих краях бичует.
Старик выпил водку, отломил кусочек лепешки и, прожевав его, снова взялся за трубку.
— Пустыня большая. Почему думаешь, что здесь?
— Люди сказали.
— Как зовут брата?