— Все я понимаю! Но неужели я тебя брошу?!
— К тебе сегодня утром никто не приходил?
— Нет.
Подумал, что прийти могут в любой момент, но ничего не сказал.
— Сегодня мы можем переночевать у Фариды, — предложила Инга. — Я попрошу, чтобы она побыла у матери.
— Хорошо. Только не надо оставлять сына одного в квартире.
— Она возьмет Сашу с собой.
— У тебя хорошая подруга.
— Я не представляю, что бы я без нее делала.
Забрав сына, Инга вместе с Сергеем поехала к Фариде. Та со своей обычной язвительностью поинтересовалась, как идут дела у Амелина.
— Я завтра уезжаю.
— Ну что ж, может, это и к лучшему. Больше ты сюда не вернешься?
— Наверное, нет.
— Тогда, прощай!
Она обняла Сергея и прикоснулась губами к щеке. Отстранившись, стерла пальцем губную помаду и стала объяснять Инге, где что лежит.
Когда Фарида ушла, Инга собрала на стол и достала из холодильника бутылку водки.
— Наверное, самый подходящий напиток для сегодняшнего вечера, — усмехнулась она. — Горький…
Они расстались утром.
— Ты знаешь мой телефон, — отрывисто проговорил Амелин. — Если решишь уехать в Россию, звони…
Он хотел добавить, что поможет устроиться, но эта фраза прозвучала бы слишком не к месту.
— Ты знаешь, курортные романы более приятные, — с усилием прошептала Инга. — Хотя там тоже расстаешься навсегда…
В глазах женщины блеснули слезы. Крупная капля, размывая тушь, ползла по щеке. Оба молчали, и молчание становилось невыносимым.
— До свидания, Сережа, — она коснулась губами его щеки и, повернувшись, быстро пошла прочь.
— До свидания, Инга…
У него оставались еще целые сутки до встречи со своей группой, но Сергей ничего об этом не сказал Инге. Для нее он уезжал сегодня.
Несколько часов он провел на базаре, переходя из одной чайханы в другую. Здесь среди пестрого скопления людей на него никто не обращал внимания. Потом сходил на двухсерийный индийский фильм и, с трудом его высидев, отправился в гостиницу, расположенную рядом с базаром, — бывший Дом колхозника.
Двухэтажное грязное здание с многочисленными пристройками, лестницами, несколькими входами его вполне устраивало. За двести тысяч дирхемов, не спрашивая документов, его поселили на ночь в крохотную каморку, представляющую из себя кое-как утепленную веранду.
В каморке было так же холодно, как и на улице, но при необходимости можно было выйти через окно. Съев черствый лаваш с куском мяса, Амелин завернулся в два одеяла и, набросив сверху куртку, долго не мог заснуть. За стеной кричала и отплясывала пьяная компания. Внизу хрустели сеном два верблюда, привязанные возле сарая.
Он покинул гостиницу до рассвета и, перекусив на базаре, к десяти часам добрался до бензозаправки на окраине Чемкара.
Машина ГАЗ-66 с металлической будкой стояла возле эстакады. Водитель ковырялся в моторе.