— Понял. До связи.
— Саша, тебе надо лезть в будку и находиться там с автоматом наготове, — сказал Ступников, — а я буду потихоньку ковыряться в моторе. Простой советский нефтяник ремонтирует машину.
— Может, наоборот. Я останусь, а ты — в будку?
— Не надо. У меня лучше получится. Я и на местного больше похож.
Кошелев дождался, когда «Нива» нырнула в распадок между барханами, и быстро, как кошка, вскарабкался в будку. Ступников передернул затвор пистолета и, сняв его с предохранителя, сунул за брючный ремень на спине. Расстегнул ватную куртку с нефтяной вышкой на рукаве и попрыгал на месте. Пистолет был в нужном месте и держался крепко, а чтобы выхватить его, понадобится не более трех секунд.
Ступников подкачал топлива в гудевшую бензиновую печку и краем глаза наблюдал за приближающейся машиной, потыкал ножом мясо.
— Жесткое… как в тылу врага. Хоть бы дали доварить, сволочи!
— Он сунул нож за голенище. Ступников очень хотел есть, и появление незваных гостей его раздражало.
Из «Нивы» вылезли двое. Один, широколицый, в полушубке и лисьей лохматой шапке, второй — в камуфляжной ватной куртке, с редкими светлыми усами. Обоим лет по тридцать. Оружия у них Ступников не разглядел.
Поздоровались за руки.
— Салям алейкум!
— Алейкум ассалам!
— Закуривайте, — предложил Ступников, открыв пачку «Космоса».
Широколицый взял сигарету, прикурил от поднесенной зажигалки. Усатый, в камуфляже, отмахнулся: «Не курю» — и обошел машину кругом.
— Хороший вездеход. Как раз для пустыни.
— Хороший, — согласился Ступников. — Проходимый.
— Ты вроде на нашего похож…
— Наполовину туркмен.
— А где остальные из машины?
— Какие остальные? — удивился Ступников.
Ему не понравился вопрос, который задал усатый, не понравились прищуренные внимательные глаза широколицего, и он почему-то вспомнил позавчерашнего старика.
— В пустыне по одному не ездят, — рассудительно заметил широколицый. — В пустыне одному пропасть можно.
— А чего мне пропадать? Бригада скважину бурит, а я в Уймон за трубами еду.
— Далеко отсюда бурят?
— Километров пятнадцать.
— Что-то ты не торопишься.
— Карбюратор забарахлил. Пока разобрал-собрал… Решил заодно баранины сварить.
— У тебя водки не найдется? — спросил усатый.
— Найдется.
— Тогда закуска наша, — заулыбался широколицый и, подойдя к «Ниве», открыл багажник.