Ден не мешал ей думать, опасаясь испугать мысль. Вместо этого он осматривал горизонт и дальние скалы, потому что смотреть вниз было реально некомфортно. Как море, так и плоские скалы, нависающие над обрывом, уходили вдаль до горизонта, создавая ощущение безразличной бесконечности.
– А что, если указание на форт дает нам просто ориентир на этот остров, – наконец произнесла Мари, – а реальное место спрятано в последующих словах.
– Что нам говорят последующие слова?
– Что-то про воспоминания и тюленей, если мне не изменяет память. Давай посмотрим?
Ден открыл телефон и покопался в сообщениях.
– Да. Ты права, говорится, что путь почти закончен. И уводит он в мир воспоминаний и, почему-то, тюленей. Хотя, ты помнишь, что Муирин говорила что-то про тюленей.
– Да, она говорила, что здесь, на остров,е есть место, где находятся лежбища тюленей. Правда, она говорила и о том, что не помнит в тех краях ничего, что могло бы спрятать интересующую нас информацию.
– Честно говоря, я на всем острове не вижу ни одного потайного места: он весь, как на ладони. Но, в любом случае, других ниточек у нас нет, поэтому поедем туда. Возвращаемся?
– Да, возвращаемся.Поедем к тюленям, Милый – на удивление весело произнесла Мари.
К облегчению Дена, она отошла от обрыва, быстро прошла мимо него, наградив мимолетным поцелуем, и направилась к выходу из форта. Ден легко догнал её и, быстро проделав обратный путь, вскоре они были у машины, припаркованной у небольшой гостиницы, ожидаемо представлявшей собой одноэтажный дом.
– Куда едем дальше? – коротко и бесстрастно спросил Джон из открытых дверей машины.
– Лежбище тюленей, – так же резко бросил Ден, усаживаясь на сиденье.
– Знаю это место, поехали.
Дорога не заняла много времени, и вскоре они стояли на берегу, вглядываясь в серые камни берега, окаймленные темно-зеленой полосой водорослей. В отличие от порта и Дун Энгуса, в этом месте берег был освещен солнечным светом. Было удивительно, что погода так существенно отличается в пределах такого компактного острова.
– И где тюлени, Милый?
– Присмотрись внимательно, они среди камней прибрежной полосы, просто их трудно увидеть.
Несколько минут Мари напряженно смотрела в сторону моря, а затем с улыбкой повернулась к Дену.
– Вижу … они любопытные. Но, кроме тюленей, здесь и вправду почти ничего нет. Есть этот белый домик, но он, по-моему, закрыт уже целую вечность.
– По крайней мере, производит такое впечатление. Но, в любом случае, не вижу, за что зацепиться.
– Тогда давай просто посмотрим на море и тюленей. Может быть, они подскажут нам, куда двигаться дальше.
Обнявшись, они долго молча смотрели вдаль. Прохладный ветер освежал лицо и мягко шевелил волосы. Минуты текли спокойно и неторопливо, гармонично вписываясь в застывший пейзаж. У Дена возникло странное и неприятное ощущение, что если они немедленно не уйдут отсюда, то превратятся в камень, подобный тем, которые загромождают морской берег.
В этот момент Мари повернулась к нему.
– Ты помнишь, что Муирин говорила о том, что он преподавал на Аранских островах. Мне любопытно, как он мог быть учителем в местной школе? Ведь преподавание здесь ведется исключительно на ирландском языке. Значит, здесь должен был быть человек, который помогал ему с языком: быстро освоить, научиться коммуникации.
– Но он мог изучать язык и в Дублине?
– В принципе, мог, но для того, чтобы освоить язык до уровня, необходимого для преподавания, необходима языковая среда. Думаю, что мы могли бы проверить контакты в школе этого острова. В эту же логику вписываются и слова про воспоминания.
– Давай попробуем, но у нас совсем мало времени, мы можем опоздать на пятичасовой паром.
– И тогда что?
– И тогда придется либо остаться здесь на ночь, либо искать другой способ вернуться.
– Честно говоря, ни один из этих вариантов не выглядит совсем уж пугающим.
За разговором они вернулись к машине, где их ожидал Джон, который на этот раз даже не выходил наружу, как будто был уверен, что они скоро вернутся.