В это время царская повозка, застрявшая посреди двора, стала привлекать внимание. Сначала пробегавший мимо подмастерья загляделся на гостей, запнулся да и грохнулся оземь со всем грузом досок стратегически неважных пород деревьев. Идущий навстречу рабочий с трудом увернулся гружёной мелом тачкой от ДТП и двинулся в обход, понося на чём свет стоит, растяпу, который под ноги не умеет смотреть. Но совмещать два столь ответственных дела оказалось не так-то просто. Нет, ругаться у него получалось мастерски - цветисто и вычурно, а вот одновременно управлять транспортным средством квалификации не хватило. Не прошло и десяти секунд, как колесо нырнуло в борозду, тачка навернулась через него, а поверху через них покатился мужик. И из взметнувшегося бело-мелового облака раздались такие обороты речи, цензурными в которых остались только предлоги. Двигавшаяся следом процессия женщин с объёмными и гремучими кухонными принадлежностями врезалась во всё это уже вполне закономерно...
Расширенное заседание Совета министров царства Костеев проходило в тёплой и дружественной обстановке. В тёплой, потому что единственным помещением, не достигшим ещё состояния "негде ступить", оказалась каморка печника. Ну а дружественной...
- Друзья! - в который раз возвышал голос царь Мечеслав, пытаясь перекрыть гам. - Давайте уже решать, что делать с Восточным крылом. Это всё же детская - наше, так сказать, будущее.
Премьер-министр барон Бугемод Жермон важно надул щёки... и промолчал.
- А я вот говорю - надоть чтобы мягонько было, уютненько, - мечтательно закатил глаза Медьведка - министр полезных ископаемых. - Это же детишки!
- Да накой же дитям твоё "мягонько"! - возмутился Барсюк - министр торговли и коммерции. - Ты своё-то детство вспомни. Надоть, чтоб дитям простору - бегать, прыгать. Да чтоб ежели чё поломают, так не жалко было!
- Ага, а в особо "жалких" местах - кованые решётки... надоть, - согласился министр ковки и литья Воробейник, вспомнив своё детство. - Чтоб, значить, уж точно не добрались.
- Эти доберутся... - покачал головой министр канализации Коротча, вспомнив Школьный переулок. Премьер-министр на это с пониманием надул щёки.
- Ну так как?.. - министры и царь с надеждой воззрились на вдохновителя и заказчика работ - царицу Находку.
Та рыжим солнышком восседала на единственном в каморке стуле, поглаживала выпирающий живот и нервно жевала губу.
- Ох! Ну я же вам битый час уже объясняю, что хочу вот так же... только совсем не так! - чуть не плача воскликнула она и на её лице от огорчения поблёкли даже жизнерадостные веснушки.
- Ну-у-у... - схватились министры за головы, а царь за царицу. Барон Бугемод обречённо надул щёки.
В это время Щеглика, министр охраны хорошего самочувствия, привлёк во дворе какой-то шум. Выглянув за окно (заботливо вынутое для вставления нового, но руки пока не дошли), он долго всматривался не слишком зоркими глазами и вдруг удивлённо выдал:
- Кажись, наши приехали...
- Етить твою, прости господи! - схватился за сердце Коротча. - Бароны что ль вернулись?!
- Да ты чё, Коротча, канавизации своей передышался?! - возмутился Щеглик. - Какие тебе бароны - наши?
- А тогда кто? - заинтересованно обернулись уже все.
- Так я ж и говорю - наши! - объяснил Щеглик. - Вот же-ж возок лукоморский и кто-то вроде Ивана-царевича на козлах. Только голова забинтована, как бы не случилось чего...
- Иван?!!! Царевич!!! - И весь совет министров ринулся на выход, едва не добавив Щеглику пациентов. Следом, заботливо придерживая супругу, заторопился Мечеслав. Главный министр барон Жермон, неожиданно обнаруживший, что пыжиться больше не перед кем, торопливо сдулся и бросился догонять царственный выход.
Увидев несущуюся на них толпу орущих что-то несусветное мужиков, Сенька подумала - что всё же враги... потом - что пожар... а потом ей думать стало некогда.
- Приехали!.. Наши!.. Дорогие!..
- Иван свет Симеоныч!..
- Серафима Евстигнеевна! Матушка!..
- Да какая я тебе, Воробейник, матушка?! - вскочила было навстречу Сенька, но тут же ойкнула и опять осторожно опустилась на сиденье, опираясь на заботливые руки девочек.
- Да как же не матушка?! - воодушевлённый встречей, министр её состояния не заметил. - Кабы не ты, да супруг твой, где бы мы были! А теперь-то, глянь!..
- А теперя!.. - горячо поддержали остальные министры.
- ...То с голоду пухли, а теперя птицу зерном кормим! Купчина Хверапонт торговый дом имеет, пол Хорохорья для нас пахать навострил!
- ...Медяка драного не имели, а сейчас деньгу Забугорью взаймы даём! Говорят - "корвентируимая" валюта!
- ...То объезжали нас все десятой дорогой, а теперя учителей из самой Шаньтони выписываем! Вот молодежь подучим и сами всех учить станем!
- Ну, это мы видели... - буркнула Серафима из глубины повозки, а Иванушка воспользовался заминкой среди двойняшек и радостно соскочил к народу.