Недоверие, страх, сомнение...
- В записке было сказано: "...подождать, где будет удобно". Понимаешь, У-ДОБ-НО. Так вот, я теперь беременная и мне никак не будет удобно без тётки Цапели...
"Нельзя, нет..."
- ...сестрицы Находки...
"Нет! Нет!"...
- ...и племяшек моих - Мыськи и Вороньи!
"Нет! Нет!! Нет!!!"
- Послушай, не торопись. В тот раз ты мне поверило, и ничего ведь плохого не случилось. И сейчас ничего... - принялась было увещевать царевна, но тут кое-кому окончательно надоели их разговоры и, не дождавшись от мамы внимания, этот "кое-кто" потребовал своё. - О-О-О! Аййй... ох... - скрутило Серафиму и она поняла, что ждать дальше некуда. - Открывай, дура безмозглая, не видишь женщине плохо!!! - взвыла она от накатившей боли, собрала все оставшиеся силы и страшным голосом припечатала, как заклинание: - БЕР-Р-РЕМЕННЫМ БЕЗ ОЧЕР-Р-РЕДИ!
Стальную дверь снесло как ураганом. Видимо после этого эпического случая появилось поверье, что беременным отказывать нельзя - себе дороже.
Недолго думая, группа поддержки поднатужилась и буквально внесла Серафиму внутрь. Иванушка сунулся было следом, но неожиданно натолкнулся на невидимую преграду, приснопамятную ещё с давнишней попытки проникновения.
- Эй, мне же тоже надо! - обескуражено потёр он шишку на лбу. - Я же муж!
Ответом ему было недоумение, а затем непреклонная уверенность, что нечего ему там делать. Иванушка обиделся. Но пока он обижался, двойняшки проскользнули вперёд него, остановились перед обманчиво открытым проходом и, взявшись за руки, дружно пискнули:
- ДЕТЯМ ДО СЕМИ ЛЕТ - БЕЗПЛАТНО!
И шустро исчезли в темноте башни. Дверь за ними захлопнулась.
Пока Иванушка недоверчиво щупал стальную поверхность, а народ не знал, сочувствовать ему или радоваться за царевну, дверь опять раскрылась и оттуда высунулась деловитая мордулька:
- Воду, вёдра, тряпки! Быстро-быстро! - скомандовала она и снова пропала внутри, а из глубины башни до присутствующих долетело: "Ух!! Ох!! Ойой!! Растудыть твою коромыслом!.."
Гвардейцы оттеснили ставшего временно бесполезным Ивана-царевича и быстренько организовали передачу всего необходимого. Когда последние вещи были отданы, дверь с ворчливо-заботливым скрежетом опять прикрылась. Осталось только ждать.
Народ потихоньку кучковался и шушукался. Друзья-гвардейцы отпаивали бледного Ивана настойкой, пожертвованной для такого случая министром охраны хорошего самочувствия. Кысь и виконт неожиданно обнаружили друг друга практически бок о бок и чуть отодвинулись - на безопасное для реномэ расстояние. "Реномэ" в виде главного воеводы Спиридона и главного министра Бугемода смерило друг друга хмурым и высокомерным взглядами, но решило сегодня не усугублять. Минуты тянулись нервно и томительно. Время от времени из-за двери высовывалась та же или другая очень похожая мордулька и важно сообщала: "Рожает. Ждём". Услыхав это, едва отпоенный Иванушка опять бледнел и терял опору. Так прошло больше получаса и когда ждать стало совсем уж невмоготу, дверь неожиданно отворилась и на пороге показалась тётка Цапеля с каким-то свёртком на руках.
- Всё! Принимай, царевич, наследницу.
- УРА-А-А!!!
Иванушка подошёл на подгибающихся ногах и осторожно взял свёрток на руки. Там обнаружилось сморщенное личико, которое сейчас же зачмокало губками, а не дочмокавшись - обиженно захныкало. Царевич заулыбался и сразу вокруг него стало тесно от любопытствующих.
- Ну, как величать будешь? - заглянул сбоку Мечеслав.
- Да я как-то... - засомневался Иванушка и, оказалось, зря - предложения с пожеланиями посыпались, как из ведра.
- Зоряной назови - будет как зорька ясная.
- Зорькой, как корову что ли?!
- Ну тогда Милорадой! Глянь, какая миленькая да радостная...
- Это чтоб усю жисть княжну Милкой звали, да?!
- О! Стэллой назовите, в честь тётки-царицы...
- ...Стелькой-Телькой?! Да что вас всё на коров-то тянет!
Под напором доброжелателей Иванушка растерялся и тут сквозь толпу протиснулся дед Голуб - запыхавшийся от спешки и едва держащийся на ногах.