Надежда (Сергеевна): читать начало книги онлайн

Люди разбрелись в разные стороны. Двое — Блук и Итакке — потянули убитых дикарей за ноги в сторону склада. Остальные направились к кладовой, где уже хозяйничал Шоррен, проверяя, сколько оружия в наличии. Нашлось четыре станнера и две винтовки — автоматическая и лазерная — и парализатор. Лазерную уже взяла Надежда, и теперь она колебалась, не зная, что делать. С одной стороны, она тоже живет в усадьбе, а с другой, при ее особом положении ей нельзя давать в руки оружие. Пусть за последнее время о ее рабстве никто не вспоминал, но все-таки…

Все-таки, когда Рой повернулся в ее сторону, она сама протянула ему винтовку:

— На! Я не должна…

— Да, ты не должна, — тот и глазом не моргнул, забирая оружие. — Ты — женщина. Это мы должны тебя защищать. Пошли.

Взял за руку, как маленькую, отвел на кухню и усадил там, прибавив:

— Не высовывайся!

Надежда молча опустилась на табурет, сложив руки на коленях, и снизу вверх посмотрела на Роя. Тот покачал головой, отступая к дверям и явно чего-то ожидая. Интересно, чего? Что она будет показывать характер, топать ногами и требовать, чтобы ее тоже поставили в ряды бойцов — мол, она хочет сражаться, это ее право! — или просто заплачет и начнет умолять, чтобы ее не оставляли тут одну, мол, ей страшно и одиноко? Любая женщина из его мира поступила бы именно так.

— Я могу заняться приготовлением обеда?

Рой моргнул. Он ожидал истерик, скандалов, слезных просьб, но не такого.

— Д-да.

Надежда улыбнулась, сообразив, что угадала правильно.

— В таком случае… там, возле кладовой, я рассыпала травы. Пусть их соберут, пока не затоптали окончательно. Хорошо?

Рой кивнул и попятился. Да, он слышал, что землянки не похожи на других женщин, но чтобы настолько? Сначала стреляет в дикарей, а потом, как ни в чем не бывало, встает к плите. Удивительно! Что же будет дальше?

Шоррен с тремя добровольцами рыскал по окрестным лесам чуть ли не до заката, но не нашел никаких следов дикарей. То есть, сами следы-то были, но вели в такую чащу, где немудрено заблудиться и остаться навсегда, особенно если учитывать, что местные жители лучше умеют сливаться с родной природой. Когда-то Шоррен был юнгой на корабле звездопроходцев и участвовал в высадках на планеты, в том числе и на сафари. Чаще всего это были мертвые миры или такие планеты, где природа еще не додумалась до разумной жизни. Его кораблю не слишком везло. Стремясь свести концы с концами, экипаж решил подработать контрабандой, но ввязался во внутренние разборки, и в результате Шоррен вместе с еще несколькими товарищами оказался за решеткой. По молодости лет его отделили от остальных, отправив на «доращивание» — то есть, на поселение, где он должен был жить до достижения совершеннолетия, после которого и мог отправиться в тюрьму. Шоррен совершил оттуда побег, убив смотрителя, за что был отправлен в другую тюрьму, откуда сразу попал сюда. Они с Сандором были ровесниками, однако, у звездопроходцев года считаются немного по-другому, так что Шоррен в результате оказался чуть старше. Да и жизненного опыта у него было побольше.

Однако даже всего его опыта оказалось достаточно лишь для того, чтобы не преследовать дикарей, а вернуться по своим следам в усадьбу.

— Их было восемь, — доложил он. — Двоих убила Натеша, еще двух — я, остальные ушли, причем как минимум двое — ранеными. Куда? Не знаю. Скорее всего, к своему лагерю. Но вряд ли это были разведчики. У нас на разведку ходят парами или тройками — двое старших, опытных, и новичок. А тут сразу восемь… не похоже!

— Они не люди, — покачал головой Рой и покосился на Блука. — У них могут быть другие понятия о том, сколько народа надо посылать на разведку. Меня интересует другое — почему за столько лет о них не было ни малейших понятий?

— Кочевники? — предположил Шоррен. — Обитают небольшими племенами, нигде не задерживаются надолго… Возможно, их основные охотничьи угодья в другой части материка — насколько помню, он почти целиком покрыт лесами, за исключением северных и южных районов? Потом по какой-то причине они истощились, и кочевники стали перебираться сюда.

— Бывает, — кивнул Рой. — Если ты прав, нас ждет нашествие.

В столовой установилась тяжелая тишина. Все невольно оглянулись, скользя взглядами по стенам их немудреного жилища. Практически каждый хотя бы раз, особенно в первые годы, мечтал о том, чтобы вырваться отсюда, вернуться в цивилизацию, к оставленным родным и близким. После освобождения некоторые действительно вернулись. Другие… привыкли. Несмотря на то, что все родились на разных планетах, они уже начали считать Гудзон своей родиной. И покинуть родной дом? Уступить его дикарям? Пусть возвращаются обратно, в свои леса!

— Мы обязаны доложить в форт, — сказал он.

Глава 7

Ночь прошла беспокойно. Установили дежурство и постоянно выходили осмотреться. Ждали ночного нападения дикарей, но те либо испугались, либо затаились, готовя нападение по всем фронтам.

На следующее утро, как всегда, бригада начала собираться в форт. В конце каждого сезона была обязательная ярмарка, на которую могли привезти кое-какие товары из столицы. Уже один раз проводившая мужчин в дорогу, Надежда спокойно занималась своими делами, когда к ней подошел Рой.

— Собирайся. Едешь с нами! — и отошел, не прибавив ни слова.

Женщина торопливо накинула куртку поверх комбинезона, немного прибралась на кухне, выключая кухонный автомат и пряча продукты в морозильную камеру.

Три платформы уже ждали ее перед длинным домом. На одной из них Надежда приехала сюда два месяца назад. Рой уже сидел на водительском месте и протянул руку, помогая устроиться рядом.

— Держись крепче. И — на, вот! — в руки ей сунули винтовку. — Будь осторожна!

Тяжелогруженая платформа ехала немного медленнее, чем наполовину порожняя. Там, где пустая подпрыгивала на неровностях почвы, она лишь слегка проседала на амортизаторах. Сидение под Надеждой плавно качалось вверх-вниз. Одной рукой держась за поручень, а в другой сжимая винтовочный приклад, женщина вывернула шею, провожая взглядом удаляющуюся усадьбу. Она не думала, что за два месяца привыкнет к ней, как к родному дому. Ей по-прежнему было там неуютно. По-прежнему порой донимали сны о прошлой жизни, об отдельной квартире, телевизоре, книгах и журналах, редких звонках немногочисленных подруг и еще более редких звонках родственников. Здесь она тоже могла уединиться, но только за ширмой в своем уголке, или когда одна оставалась хозяйничать в доме. И видеотека была довольно обширная — восемь дискет по десятку фильмов на каждой. И среди них даже случалось наткнуться на то, что можно было почитать. Но если разговорную речь Надежда освоила благодаря транслятору, то буквы для нее оставались набором странных символов, а аудиокниги читались слишком быстро, она иногда не успевала понять половину слов.

Но надо смириться. Это не сказка, это жизнь, хотя многие ее современницы сочли бы ее сказочной. Еще бы! Незнакомая планета! Космические пространства! Отважные первопроходцы! Орды дикарей! Пираты! Тайны древних цивилизаций! Все то, что описывают в фантастических романах. И она — с винтовкой.