Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

– Я, – недовольно выпятил губу Валмон, – не представляю, в отличие от вас. Почему этот парень до сих пор ходит в сержантах, и с какой стати с ним должен возиться я, когда Проэмперадор Олларии – вы?

– Как-то в голову не пришло! После смерти сестры в столице никого не осталось… То есть не оставалось от Талига, его высокопреосвященство не мог, а я – бывший мятежник.

Граф Бертрам величественно поморщился.

– Ваше бестолковое бескорыстие было бы чудовищным, не уравновешивай оно корыстную глупость немалого стада. Если предсмертную волю Катарины еще можно ставить под сомнение, то выбор Алвы обжалованию не подлежит. Как и ваши решения.

А ведь точно! Приказ Проэмперадора вправе отменить только регент, но Ворон против производства Дювье возражать не станет.

– Благодарю за совет, я так и сделаю.

– Не забудьте указать надлежащие дату и место. Оллария. Число любое между смертью ее величества и бунтом. Что вы знаете об овцах?

– О ком? – Эпинэ показалось, что он ослышался.

– Об овцах. – Внушительный перст указал на примыкающие к лесу постройки, прошлой осенью их не было. – Исключительно полезные животные. Впрочем, лучше убедиться лично, это нас не слишком задержит.

– Я в вашем распоряжении.

– Вы трогательны. – Валмон шевельнул поводьями, и рыцарский мерин послушно зашагал к деревянным воротцам, он чудесно обходился без войн и прочих турниров. Любопытно, где таких еще разводят? Копыта – с тарелку…

Ленивое любопытство зевнуло и уронило морду на лапы. Две сросшиеся осени, убоявшись Проэмперадора с его советами, убрались в овраг еще раньше, оставив Иноходцу запах йербы и легкое сожаление о краткости передышки. Завтра все завертится снова, а сейчас пусть будут овцы и тишина.

Лица коснулась паутинка, солнце очередной раз высунулось из туч, будто Клемент из хлебницы. Кажется, с крысами дневное светило еще никто не сравнивал. Можно стать первым, только нет у герцога Эпинэ такого желания! Ему и нужно-то всего Марианна, замок на Грозовом холме и Октавий. Катари не желала для сына ни судьбы короля, ни судьбы Ворона, для сестры счастьем была мирная жизнь в родном Гайярэ, потому она и поняла…

– Эпинэ, – заметил Проэмперадор, когда из совсем уже близких ворот выскочило пятеро, – я назначил вам вполне приличного управляющего, но понимать, что и почему он делает или же не делает, вы должны. Тот же Пуэн осознает, что холмы Лэ созданы для овец, а не для Колиньяров.

– Сударь, – граф на что-то намекает, но понять его впору разве что наследнику, – так вы меня вызвали, чтобы я разобрался в делах… в управлении своими землями?

– Я преследую несколько целей, и намерен начать с наименее значимой. Управляющего Пуэна и его помощников вы помните?

– Не уверен. Солдат я запоминаю лучше, и потом…

– Вам было не до того, – согласился Валмон, слегка шевельнув рукой. – Чудовищная победа, мерзкие союзники, инцидент с гоганами… Тем не менее, не справляйся управляющий со своими обязанностями, вы бы его запомнили хотя бы потому, что вам пришлось бы самолично добывать лекарей, простыни и фураж. Когда нужное находится сразу, не задумываются, каких усилий это кому-то стоит. Лучшие слуги и лучшие губернаторы незаметны. Посторонитесь.

– Простите. – Иноходец вынудил полумориска отшагнуть, давая дорогу паре здоровяков с чем-то вроде малярной лестницы красного дерева, еще один молодчик в черном и зеленом взял под уздцы и не думавшего гарцевать мерина. Созерцать спуск почти божества на землю Робер не стал – вспомнил, что граф не терпит, когда за ним подглядывают. Тоже спешившись и предупредив подскочившего парня, что фамильярностей Дракко не потерпит, Эпинэ двинулся вдоль изгороди, за которой толкались и блеяли остриженные овцы, серые с черными мордами и ногами. Загон упирался в сараи, у которых волей-неволей пришлось обернуться, чтобы узреть нечто вроде малого королевского выхода.

Проэмперадор, опираясь на трость, шествовал тем же путем, что и Робер, следом ползла разномастная свита. В Старой Эпинэ граф передвигался с бо́льшим трудом, и, пожалуй, с тех пор он несколько похудел. Дед, годами предрекавший «проклятому Бертраму» смерть от собственного жира, пришел бы в неистовство.

Стоять пнем, когда в твою сторону направляется столь значительная особа, неправильно, и Робер, обойдя процессию по дуге, присоединился к черно-зеленому капитану.

– Эпинэ, – немедленно раздалось спереди, – прошу вас подойти и послушать этого господина.

Имени Валмон не назвал, но рассуждающий о мясе, шерсти и кожах крепко сбитый моложавый живчик мог быть лишь управляющим Лэ. Чувствуя на себе цепкий взгляд Проэмперадора, Робер честно сосредоточился на овечьей премудрости. Год назад он бы половины не понял, а половину пропустил мимо ушей, но необходимость кормить и содержать хоть в каком-то порядке город и гарнизон любого сделает немного интендантом. Дед думал о свободной Эпинэ, но не о том, как она станет сводить концы с концами, до внука дошло, что заговорами и грозными словесами сыт не будешь. То ли дело – овцы! В графстве осело до тысячи беженцев, наверняка найдутся и скорняки, и коптильщики…

– Я вам очень обязан, – поблагодарил умолкшего овечьего жреца Робер, – теперь я хотя бы представляю, с чего начинать.

– Вам потребуются знающие люди, – оживился рассказчик. – Особенно если вы решитесь на агарийские породы.

– Каждый должен заниматься своим делом, – пророкотал Валмон, обводя взглядом помощников управляющего. – Вот этот, несмотря на крайнюю юность, выглядит толковым. Пусть осмотрит пустующие угодья и доложит.

– То, что я слышал о владениях Повелителей Молний, вселяет большую надежду, – немедленно объявил в самом деле совсем молоденький избранник. – Я с великой радостью сяду на коня и объеду ждущие своего часа земли. Смушковые породы…

Вторая порция овечьей науки оказалась лишь немногим короче первой, но заметно проще. «Толковый» брался прикинуть, сколько голов сможет безболезненно кормиться в Старой Эпинэ, после чего предстояло выбрать подходящую породу. Парень горой стоял за агарийских смушковых, хоть и признавал, что они прихотливей черных алатских и прожорливей серых местных.

– Герцог подумает, – пресек доступные лишь избранным тонкости Валмон и махнул рукой, подзывая носителей лестницы. Визит был окончен, но Робер счел правильным поблагодарить управляющего за прошлогоднее гостеприимство.

– Счастлив быть полезным монсеньору и его людям, – поклонился тот. – Правду сказать, тогда мы пережили очень… неприятные дни. Родные – моя супруга из Валмона – уговаривали меня оставить место и перебраться в благополучную провинцию. Я почти решился.