Глаза закололо, и по бледным щекам сбежали две серебристые капли, упавшие прозрачными кристаллами на снег.
Ланеж прикрыл глаза и воздел к небесам свободную руку, призывая к себе все силы Севера.
На сей раз он не сомневался. Он знал, что они откликнутся.
И сила потекла к Ланежу, уже искалеченная, обезображенная прикосновением прежнего снежного бога. Он очищал ее, успокаивал, поглаживал, как кошку. И она послушно перетекла в мелодично звякнувший клинок.
Тогда Ланеж метнулся вперед и одним ударом вогнал свой меч прямо в бурлящее магмой сердце переродившегося бога.
Сньор в первый миг замер, затем сдавленно зарычал и рухнул на колени. Но смотрел он не на беловолосого бога.
— Что… ты… такое… — прохрипел он. Лед оплел горло удавкой, сковал ноги, не давая подняться или хотя бы двинуться, начал проникать в грудь.
Глаза девушки и метка у нее на лбу вспыхнули еще ярче.
— Связующее звено, — отозвалась она. — Зимний огонь.
Новая волна стужи хлынула, одновременно замораживая и обжигая, сплетаясь с силой бога, влитой в меч. Словно сотни призрачных рук коснулись рукояти, вогнав его еще глубже.
И даже божественная плоть не выдержала финальной встречи льда и огня. Две противоборствующие стихии наконец сравнялись и переплелись.
Тело Сньора на миг одеревенело, словно превратилось в камень, а затем пошло трещинами — и рассыпалось прахом, запорошив узкую прогалину. Под очередным порывом ветра его подхватила вьюга — и безжалостно расшвыряла по окрестностям. Ослабевший, впервые за многие тысячелетия отколовшийся от плоти дух взмыл было ввысь, неуверенно, дрожа на северном ветру — но стужа неумолимо стиснула и его, ослабляя, вымораживая…
Развеивая.
Бывший снежный бог не был нужен миру даже в роли духа.
За мгновения все было кончено. Там, где только что был древний снежный бог, остался лишь горделиво воткнутый в наст ледяной меч с идеально чистым, по-прежнему сияющим лезвием.
Рэлико медленно опустила руку.
Главные элементы стихии объединились против Сньора — бессмертные духи, другой бог и смертная девушка, носящая ее знак. Простой символизм, как в древних ритуалах, но случай беспрецедентный. Три начала сплелись в одно, наделив стихию и жизнью, и разумом.
Сньор был не прав. Мир может покарать по-разному. В прошлый раз это была кара других богов — жестокая, но не окончательная. В этот раз…
Важный урок — абсолютного бессмертия не бывает.
Стихия сама выбрала для себя снежного бога.
Глава 14
Прямо на глазах Жнеца, едва закончившего емкий доклад и ожидающего решения Танатоса в угольно-черном коридоре на свинцовой скамье, свиток снова требовательно задрожал.
Начиная побаиваться дальнейшего, младший бог развернул его.
Строка с именем "Ланеж" ярко вспыхнула, и на ней начерталось совсем иное имя — Сньор.
Вожглось в свиток так, что не изменишь, не исправишь… а затем его перечеркнула бледно-голубая, словно инеистая полоса.
Жнец едва не швырнул в сердцах свиток, испытывая странное желание разрыдаться.
Танатос знает что!!!
Хотя нет. Даже он не знает!
Имя вписано. Стихийный бог погиб насильственной смертью.
Невозможно!