Под волнами Иссык-Куля: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Чтобы эти тучи рассеялись и небо засияло яркими и частыми звездами точных исторических сведений, на помощь истории должна прийти археология…

БЕСПРИСТРАСТНЫЕ СВИДЕТЕЛИ

Письменную историю народов мы узнаем из летописей. Летописи создают летописцы — люди. Но люди не всегда беспристрастны к историческим событиям, так как нередко привносят субъективное отношение к оценке исторических фактов.

Но как же можно установить объективный ход давно минувших исторических событий? Для этого нужны беспристрастные свидетели этих событий. И такие свидетели есть — это археологические памятники, остатки жизни и деятельности человека давно минувших эпох: кости людей и животных, захоронения, жилища и другие сооружения, домашняя утварь, орудия труда, предметы культа и искусства, оружие, монеты и, наконец, даже отбросы пищи, зола и угли очагов. Сотни и тысячи лет хранили они молчание, пока ими не занялись ученые и не заставили их заговорить. И они заговорили очень громко…

Отрасль исторической науки, изучающая дописьменную и раннеписьменную историю по остаткам жизни и деятельности человека, умеющая заставить говорить вещественные остатки, называется археологией. Археологические памятники не только уточняют письменные исторические свидетельства. Они дополняют их, восстанавливают обширные пробелы истории. С помощью вещественных остатков мы можем достаточно ясно представить себе человека любой эпохи, его внутренний мир и даже восстановить его физический облик: по останкам — костям черепа и скелета — антропологи теперь восстанавливают тип человека с большой точностью.

Во всех письменных источниках об Иссык-Куле почти отсутствует описание внешнего облика людей, населявших Иссык-Кульскую котловину в древности. Ничего не говорится об их быте, ремеслах, повседневной жизни, их жилищах, городах, которые они строили и населяли. Мы можем лишь частично представить себе людей, косвенно связанных с Иссык-Кульской котловиной, — путешественников, историков, географов. Но ведь это все иноземцы. А нас интересуют именно иссыккульцы. Познакомиться с ними можно по вещественным остаткам, сохранившимся на земле, в земле и под водой.

Археологическими памятниками Иссык-Куля впервые заинтересовался в начале XIX века китайский путешественник Сюй Сун. Некий китайский генерал Дэ Йо рассказал ему, что во время своего путешествия видел в 1805 году где-то на побережье Иссык-Куля каменные изваяния людей. В каком именно месте он их видел, почтенный генерал по старости и слабой памяти вспомнить никак не мог.

Сюй Сун предпринял путешествие на Иссык-Куль, но, несмотря на тщательные и неоднократные поиски, так и не нашел каменных истуканов, виденных генералом. Однако на северо-восточном побережье озера он обнаружил развалины древнего города и каменную статую, лежащую в траве. Статуя изображала человека, опоясанного мечом. Правой рукой человек держался за меч, а левую приложил ко лбу. Камень был сильно попорчен от времени, и потому Сюй Сун не смог определить, к какой эпохе относится изваяние.

Каменных истуканов, виденных генералом Дэ Йо, спустя полстолетие нашел русский топограф А. Ф. Голубев в районе Тюпа, на восточном побережье. Но Голубев не был ни историком, ни археологом и потому не обратил на них особого внимания.

В 1842 году недалеко от мыса Кара-бурун, на восточном побережье, волны озера выбросили медный котел огромной величины. Котел этот был доставлен нашедшими его киргизами кокандскому хану.

В 1847 году на древних развалинах крепости по течению речки Кара-кол найден клад, состоящий из 96 серебряных монет. В 1850 году на северном побережье местные киргизы снова нашли медный котел.

Сохранилось предание о том, что в 40-х годах XIX века беглый русский каторжник, нашедший убежище у киргизского манапа Урмана, ходил по озеру на плоту и затем рассказывал, что посередине озера есть мель и на ней под водой видны какие-то камни, напоминающие развалины города.

Таковы первые сведения об археологических памятниках Иссык-Куля, дошедшие до нас. Основы их серьезного изучения заложил П. П. Семенов-Тян-Шанский. Он первым из русских путешественников узнал о предметах, выбрасываемых волнами озера, и о существовании подводных развалин. Правда, сам Семенов развалин этих не видел, но он не сомневался в их существовании и полагал, что развалины эти — остатки усуньского города Чи-гу.

После сообщений П. С. Семенова у русских ученых пробуждается интерес к Иссык-Кулю и его историческому прошлому, а в научной литературе до революции появилось свыше двух десятков статей, посвященных этому вопросу. Иссык-кульские археологические памятники заинтересовали и западноевропейских ученых, о них писали венгерский историк академик У. Ковешд в 1879 году, французский историк Р. Пампелли в 1905 году и другие.

Более всего занимали исследователей подводные развалины в районе современного курорта Койсары, в урочище, носящем то же название, на восточном берегу озера. Поражало, что здесь, в прибрежной полосе, в изобилии находились обожженные кирпичи и черепки глиняной посуды, указывавшие на существование значительного поселения в прошлом. На побережье озера исследователи не раз обнаруживали остатки зданий. Находили также жернова, куски стекла, различные монеты, медные вещи и прочее. От местных рыбаков были получены сведения о существовании каких-то стен на дне озера. Вот эти-то развалины и получили особо громкую известность — изучение их представляло большой интерес для науки, но в те времена они были недоступными исследователям, так как находились под водой. Вокруг этих развалин разгорелся научный спор. Одни исследователи утверждали, что, ведя наблюдение с лодок, они ясно видели на дне кирпичные стены, составлявшие отдельные здания и даже целые кварталы улиц. Другие же говорили, что так называемые стены есть лишь плод богатого воображения и что в действительности это гряды сланцевых пород.

Решить, кто был прав, так и не смогли. Ведь найти одно и то же место на дне озера двум различным людям в разное время очень трудно, и то, что увидел один, другой мог проглядеть.

Подводные развалины находили также при устье реки Тюп на северо-восточном побережье, в районе селения Туроайгыр и деревни Чон-Койсу (Курское) на северном берегу.

Тут снова возникли разногласия: одни считали остатками города Чи-гу развалины в устье Тюпа, другие — развалины в районе Койсары.

Академик В. В. Бартольд, посетивший озеро в 1893/94 году, обнаружил у Койсары кирпичи с остатками глазури и кусок стены здания с чисто мусульманским орнаментом, а это говорило о том, что развалины относятся не к эпохе усуней, а к значительно более позднему времени — средним векам. Кроме того, как утверждал Бартольд, усуни были кочевым племенем, поэтому у них не могло быть значительных оседлых поселений, тем более городов с фундаментальными кирпичными постройками.

По мере того как все новые исследователи появлялись на Иссык-Куле, росло количество обнаруженных ими различных археологических памятников. Кроме подводных развалин, каменных изваяний и отдельных предметов домашнего обихода, тут нашли наземные остатки крепостей и поселений, земляные и каменные сооружения из кирпича, курганы и могильники, старые мусульманские кладбища с загадочными письменами на надгробных плитах и христианские кладбища, отдельные камни с надписями, остатки оросительных сооружений — так называемые «калмыцкие» арыки, человеческие кости, кости мамонта и наскальные рисунки. Одним словом, целый музей древностей.

Значит, без сомнения, с отдаленных времен люди обитали в Иссык-Кульской котловине, одно поколение сменялось другим, одна культура приходила н£ смену другой. Кто же эти люди?

Ответить на такой вопрос оказалось очень затруднительно.

Во-первых, многие найденные древности, к сожалению, расхищались местными жителями: кирпичи, например, употреблялись ими для постройки домов. Так, А. В. Селиванов и Л. С. Берг отмечают, что пол на станции Туроайгыр был вымощен кирпичами, поднятыми со дна озера. Различные сосуды и жернова использовались местными жителями для хозяйственных нужд. Особенно ценились крестьянами «морские», как они выражались, горшки за их прочность, добротность и большие размеры. В горшках поменьше варили пищу, в горшках побольше хранили продукты, солили огурцы.

Во-вторых, в дореволюционное время, за исключением нескольких ценных наблюдений, о которых будет сказано дальше, сделанных крупнейшим востоковедом, академиком В. В. Бартольдом, подавляющее большинство сведений об археологических памятниках Прииссыккулья носили большей частью поверхностно-описательный характер и основывались обычно или на расспросах местных жителей, или на случайных личных наблюдениях. Предметы, найденные на побережье озера, не собирались в каком-либо одном музее. Любители старины пополняли найденными вещами свои коллекции, часть вещей попадала за границу.

А ведь археология — это не просто коллекционирование оригинальных старинных вещей, а прежде всего последовательное и систематическое их изучение.

Груды древних вещей, собранных без всякой системы, не сопровожденных точными указаниями где, в какое время, на какой глубине в земле и в каком соотношении с другими предметами они были найдены, представляют собой безвозвратно погибшую для науки ценность. Такие находки археология бессильна заставить говорить. Поэтому вещи, собранные на Иссык-Куле в дореволюционное время, а их в то время собрали немало, к сожалению, почти бесполезны для науки. Часть из них сохранилась. Но что толку? Они немы.

Планомерное и серьезное изучение археологических памятников Прииссыккулья началось лишь в советское время — памятники эти были взяты под охрану государством, ученые получили достаточные средства для организации научных хорошо оснащенных экспедиций.

Рассказывать об археологических находках будет удобнее не в хронологическом порядке их обнаружения, а в зависимости от их древности. Начнем с древнейших.

В 1953 году недалеко от того места, где бурная речка Он-Арча пересекает тянь-шаньский тракт, проложенный от Иссык-Куля к городу Нарыну, в многометровом отложении галечника были найдены грубые каменные орудия древних людей — рубило, отщепы и примитивно сделанное скребловидное орудие. Эти археологические памятники ученые относят к так называемой ашельской эпохе древнекаменного века. Значит, первобытные люди населяли территорию современной Киргизии, в частности высоты Тянь-Шаня, около трехсот тысяч лет назад. Место обнаружения каменных орудий находится всего в 100 километрах от Иссык-Куля по прямой или в ста пятидесяти — ста шестидесяти километрах по тянь-шаньскому тракту. Расстояние совсем небольшое, а потому вполне можно предположить, что еще в отдаленную эпоху человек обитал в Иссык-Кульской котловине, когда озеро имело сток в Боамское ущелье.

В 1887 году А. Н. Краснов на востоке Иссык-Кульской котловины обнаружил множество валунов с рисунками, сделанными человеком. Рисунки эти изображали всадников: одни из них были вооружены луками и стрелами, другие держали в руках длинные копья и носили у пояса кривые сабли. Их одежды, по описаниям Краснова, напоминали халаты. Люди окружены оленями, архарами, лисами, тиграми, кабанами и какими-то очень крупными животными с клыками, похожими на мамонтов. Чаще всего рисунки изображали козлов с огромными загнутыми рогами.