Грегори, наблюдая, как в полном хаосе расхватывают трофеи, высмотрел в толпе Доба Воробья и подъехал к нему.
– Я решил вашу проблему? – спросил он.
Воробей нехотя кивнул.
– До поры, – уточнил он, – если сэр Генрих продолжит в том же духе, то…
– Я надеюсь, ты не забудешь этих слов, – Грегори холодно улыбнулся. – Однажды он возьмётся за старое. И вот тогда придёт срок навести в замке порядок. Я надеюсь, твои люди в этот час будут со мной.
Воробей прищурился, внимательно глядя на него, а потом кивнул.
В замке Грегори первым делом встретил Тизон – едва Грегори спешился, сенешаль взял его за плечо и потащил в полутёмный закоулок между донжоном и крепостной стеной.
– Ты в своём уме? – прошипел сенешаль, прижимая Грегори спиной к стене.
– Да, а что?
– Ты ведь у Армстронгов был, так? Ты понимаешь, что они придут мстить?
Грегори прищурился, и на губах его заиграла улыбка.
– Когда, в ноябре? Пока они соберутся в поход, наступит зима. Кроме того, мы зашли с востока, пусть думают, что их грабили Колвелы.
Тизон отпустил его плечи и покачал головой, смотрел он так же сердито, как и до сих пор.
– Когда ты начнёшь думать о завтрашнем дне? – спросил он устало.
– Когда он наступит, – Грегори вскинул подбородок и улыбнулся ещё шире, а затем мгновенно стал серьёзным. – Сэр Тизон, я прекратил войну, разве нет?
– Развязав новую!
– Которая состоялась бы в любом случае – Армстронги придут, когда наступит весна, буду я у них воровать или нет.
Тизон скрипнул зубами и промолчал.
– Сэр Тизон, признайте, я заслужил стать хотя бы оруженосцем?
Тизон секунду мрачно смотрел на него, затем, не переставая хмуриться, махнул рукой.
– На колени, – приказал он и выдернул из-за пояса кинжал.
Как только Грегори опустился на одно колено, Тизон коснулся кинжалом его плеч.
– Тебя, Грегори Вьепон, сим посвящаю в оруженосцы, – Тизон произнёс ещё несколько ритуальных слов, осенил Грегори святым знамением и приказал встать. – Иди. Тебя ждёт лорд.
«Наместник», – пронеслось у Грегори в голове, но вслух он не сказал ничего.
К сэру Генриху он не пошёл – лишь просил стражу передать, что слишком устал, и направился прямиком в темницу.
Когда и здесь стражники заступили ему путь, Грегори лишь свирепо зыркнул на них из-под бровей и бросил на ходу:
– С дороги! Приказ сэра Генриха!
Стражники расступились в стороны, но, едва он миновал их, направились следом.
Грегори же, оказавшись в темноте, снял факел со стены и стал спускаться вниз той дрогой, которой один раз уже ходил.
Данстан сидел всё там же, будто и не прошло для него трёх дней. Только исхудал и истончился ещё сильней.