– Но это же сумасшествие! Она не любит ее!
– Ну и что? Какая, к черту, разница, любит или нет? Думаешь, наша мать любила нас? Дерьмо, кого это волнует, кому это все надо?
– Грег! – Тэдди подался вперед всем телом и взял руку Грега прежде, чем тот успел налить себе очередную порцию виски. – Заяви в суд, что Ванесса тебе не нужна. Девочке плохо с тобой и с Пэтти. Мне неприятно говорить, но за ней нужно ухаживать. Она умирает изнутри. Она даже не замечает вас, ей неуютно с Пэтти. Вы не можете держать ее в этом доме как пленницу, ради Бога…
Глаза Тэдди заволокли слезы. Грег высвободил руку и налил себе виски.
– Мы купим ей новых игрушек.
– Игрушек! – Тэдди вскочил на ноги. – Игрушек! У ребенка нет отца, ее мать только что убили, сестру она видела, может быть, в последний раз в жизни, а ты хочешь купить ей игрушек! Да разве это нужно ребенку?
Грег недовольно посмотрел на Тэдди.
– У нее будет все, что нужно, Тэдди. Теперь, ради Бога, успокойся и забудь об этом. Забудь. Можешь приходить когда захочешь. Если тебе так нужны дети – женись и заведи своих собственных. Мы с Пэтти не можем.
– Да вы и не хотите иметь детей. Впрочем, дело вовсе не в этом! Проклятие! Вопрос в том, что будет лучше для ребенка.
– Если тебе не нравится… – Грег поднялся с кресла, отошел в угол комнаты и, глядя через плечо, добавил: – Обращайся в суд. Там знают, что делают. Одну девочку отдали грекам, а ребенка Брэда – нам. У тебя нет жены, Тэд. Ребенку нужен дом с мужчиной и женщиной. Тебе, холостяку, не вырастить ребенка.
– Почему это нет? Если, к примеру, умирает жена, что делают с детьми, отдают на усыновление?
– Она никогда не была твоей женой, Тэд.
– Дело не в этом.
– Нет, именно в этом. – Грег подошел к Тэдди. – Я считаю, что дело именно в этом. Ты всегда был влюблен в эту сексуальную итальянку, на которой женился Брэд. Ты ненавидел Пэтти, и теперь ты вновь хочешь раскачать мою лодку.
Тэдди оторопел:
– Когда это я раскачивал твою лодку?
– Дерьмо! – выругался Грег, допивая остатки второй порции бурбона. – А когда, скажи, ты этого не делал? Что бы ты ни сделал, отец считал потрясающим. Ты был любимцем матери, Брэд – звездой. Всякий раз, когда я привлекал к себе внимание родителей, появлялся ты со своим детским личиком, и все шло прахом. – Грег неприязненно взглянул на младшего брата. – У меня это все вот тут. – Грег красноречивым движением провел по горлу. – А теперь ты хочешь создать мне трудности с женой. С самого первого дня нашей совместной жизни эта женщина сидит у меня на шее, требуя то одного, то другого. А если она чего-либо захочет – она получает. Я не пойду заодно с тобой и не стану заставлять ее вернуть тебе ребенка. Она сведет меня с ума, так что забудь об этом, Тэд. Просто забудь. – Грег пристально посмотрел на брата и налил себе третью за полчаса порцию виски. – Ясно тебе, парень? Проваливай!
Тэдди стоял не шевелясь, примерно полминуты смотрел на Грега, рассеянно размышляя, как скоро его одолеет цирроз, затем, не произнося ни слова, повернулся и вышел. Следующий визит он нанес матери, но его итог оказался ничуть не лучше разговора с Грегом.
– Странно, – сказала мать. В последнее время ее лицо стало быстро покрываться морщинами, хотя она оставалась красивой, волосы по-прежнему были густы и сияли снежной белизной. – Этот ребенок не имеет никакого отношения к нашей семье. И никогда не имел. Девочка не имеет отношения ни к тебе, ни к Грегу, ни к Пэтти. Ее тоже следовало бы отправить к грекам, там ее место. Пусть они заберут и ее.
– Господи, неужели ты никогда не переменишь своего отношения к девочке?
Тэдди с болью в сердце понял, что никто ему не поможет. Ему отчаянно хотелось забрать Ванессу с собой, потому что он любил ее, потому что она была частью, продолжением Сирины. Но это-то и вынуждало его мать ненавидеть Ванессу. А то обстоятельство, что она дочь Брэда, разжигало в Пэтти нездоровое желание завладеть ею.
– Они загубят ребенка. Ты же отлично понимаешь, не так ли?
– Это не касается ни меня, ни тебя.
– Как же, черт подери, она ведь твоя внучка и моя племянница!
– Она дочь проститутки. – Голос матери прозвучал ровно и злобно.
– Суди тебя Бог. – Глаза Тэдди наполнились слезами, он сделал жест, словно собирался ударить мать. Сила пробудившихся в нем чувств поразила его самого, он отвернулся, дрожа от напряжения.
– Ты все сказал? – спросила мать. Тэдди молчал.
– Полагаю, тебе лучше уйти и не возвращаться, пока не придешь в себя. Твоя непонятная страсть к этой женщине, вне всякого сомнения, поразила твой разум. Всего хорошего. Тэдди.
Тэдди вышел не говоря ни слова, дверь за ним тихо закрылась.
Глава 48