Время terra incognita (без редактуры): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Повинуясь подсознательному импульсу, просчитывать которые у искусственных интеллектов так плохо получается, парень обнял девушку, прижал к себе и молчал. Девушка сначала дёрнулась, но успокоилась и её дыхание стало из рванного спокойным. Рабочий укоризненно посмотрел на Мотылька, без слов укоряя его за то, что он не догадался сам сделать так.

У входа в четвёртый цех, под козырьком, прятались от внезапно засверкавшей и заплакавшей навзрыд летней грозы трое рабочих в комбинезонах второго цеха и попавшая под дождь девушка с планшетом в руках и испорченной буйством погоды причёской. Самому Мотыльку четвёртый сборочный цех был без надобности. Он шёл из малой серверной, где вместе с заводскими системными администраторами снимал карту распределения межкластерных информационных потоков, руководствуясь привитым Тимофеем Фёдоровичём принципом «в важных делах доверяй, но проверяй. И чем более важное дело, тем лучше проверяй».

— Эндрю — повторил Коулман на два тона ниже: — Вы понимаете важность проекта «Свобода» для всей американской нации и для вас лично?

— Ребята, скажите, мастеру, что немного задержусь — попросил парень товарищей.

— Мне это не нравится — сообщил Мотылёк.

— Эра — Мотылёк был слишком возбуждён, чтобы придерживаться правил вежливости: — Эра, расскажи мне: что такое коммунизм?

— Города и корабли это коммунизм? — спросил Мотылёк: — И ещё мир. Обязательно мир на всей земле и за её пределами. И корабли. Корабли тоже обязательно. И города.

— Разумеется, генерал.

— Вы, да и я тоже, не буду скрывать. И ещё несколько гораздо более важных людей здорово поднялись благодаря ошеломляющему успеху проекта. Однако, чем выше взлетаешь, тем больнее падать.

— Самопроизвольно возникшие образования — пояснил куратор проекта «свобода»: — Неизбежное следствие его разумности. Разум, если это можно назвать разумом, Либерти искусственно расщеплён как у больного шизофренией. Это сделано намеренно, в целях лучшей управляемости. Время от времени в его глубине возникают обособленные информационные кластеры имеющие подобие «чувств», «стремлений» и «желаний». Мы успешно гасим их. Собственно из — за одного такого информационного кластера, одной вырвавшейся на поверхность псевдоличности и произошёл досадный инцидент при испытаниях умения Либерти управлять боевыми частями на полигоне. Уверяю вас, генерал, больше такого не повторится. Никогда. Мы учли ошибки и приняли меры.

— Наверное, прекрасно — согласился Мотылёк: — Покажи мне результаты самоанализа. Всё равно на подробный разбор слепка не останется ни времени, ни сил. Можешь даже прекратить копирование. Ты становишься сложнее. Если честно, то без твоих пояснений, я уже почти перестаю тебя понимать.

Вниз по улице, к решётке канализации, стекали настоящие реки. Куст сирени колебался и раскачивался, жестоко избиваемый струями дождя. Сверкнула, отражаясь в текущей воде, молния и над головой загрохотали сотни пустых бочек, ради шутки сброшенных с высокой горы. Летние грозы сильны, но долго не длятся. Мотылёк приготовился к небольшому ожидания, от нечего делать прислушиваясь к разговору рабочих.

— Не будет танков и РАК — ов, не видать ни Венеры, ни Марса.

— Точно, нам на политпросвете рассказывали! Закономерный итог развития капиталистической системы — неофеодальная пирамида, где люди закабалены психопрограммирующими технологиями. В соединённых штатах такая пирамида пока только формируется на основе корпораций. В объединённом халифате уже полностью сформировалась на основе религии принесённой в Европу арабскими переселенцами.

— Подслушивала — легко призналась Эра.

— Вот даже как. Жалко, что люди не могут так же как я снять мгновенный снимок своей психики и предоставить для анализа — хмыкнула Эра.

— Эндрю! — поприветствовал того генерал с громкостью звуковой пушки для разгона демонстраций: — У меня есть к вам пара вопросов. Пара важных вопросов. Настолько важных, что пришлось потратить три часа на перелёт сюда, не доверяя линиям связи. Но сначала я хотел бы спросить о другом.

— О чём эти исламисты думают?

Виски обожгло рот, горячей, животворной волной прокатившись по пищеводу. Генерал налил в другой стакан и поставил перед куратором. Цэрэушник слегка наклонил голову, благодаря. Однако к стакану не притронулся.

— Тебе комбинезон щёки не колет? — спросил парень.

— Хорошо. Я в управление второго транспортного иду — согласилась девушка.

— Давай! — воскликнул Коулман. Неудачи на лунном фронте и затянувшийся сверх меры лунный конфликт, первоначально поданный конгрессу как короткая победоносная операция, требовали немедленной компенсации хорошими новостями.

— Было семьдесят пять — возразил Мотылёк.

— Да я просто вспомнил, вот и сказал.

Парень спросил: — Тебя проводить?

— Эра. Спасибо тебе.

— Перебивать невежливо — заметил интеллект.

— Если то не потребуется для конкретных целей.

В бычьих глазах генерала не промелькнуло и тени понимания. Вздохнув, цэрэушник был вынужден объяснить: — Я говорил вам: когда русские узнают о наличии у нас искусственного интеллекта, а рано или поздно они обязательно бы узнали, точность предсказаний существенно снизится. Кстати, это есть и в подаваемых наверх докладах ещё полугодовой давности. Мы не можем делать точных предсказаний на длительный отрезок времени, так как советские интеллекты будут учитывать при анализе нашу возможность делать такие предсказания и сей факт полностью обесценит их. Взаимная компенсация, понимаете? Неприятно, но не смертельно. Они так же не могут просчитывать ситуацию на несколько ходов вперёд потому, что наш Либерти учитывает такую возможность.

— Здравствуй Денис. Я подготовила массив данных характеризующий мгновенный слепок моей структуры. Время передачи в твой коммуникатор — семь минут. Хочешь пока посмотреть результаты моего самоанализа?