Ох уж эти мужчины, улыбнулась Наташа. Вслух сказала: — Я люблю тебя. Не будь ты воином, я бы тебя не полюбила.
Голографическое изображение собеседника схлопнулось в точку.
Мотылёк поводил свободной рукой, демонстрируя летающее вокруг недовольство московских и минских кибернетиков.
— Ещё этот интеллект… — пробормотал абонент.
— Что вы тут устроили, товарищи? — возмутился самозваный воспитатель: — Дети ночью, за городом, играют в войну. Я этого так не оставлю. Напишу жалобу в школьный совет, так и знайте!
— То-то перестал ночевать в лаборатории и матрас обратно унёс.
— Глупость. Как ты можешь сомневаться? — начала объяснять очевидное, как ей казалось, Наташа: — Воин не обязательно ложится спать с штурмовой винтовкой и берёт штурмом города. Есть и такие, кто штурмуют ещё неоткрытые законы природы и, вместо лунных баз, осаждают неподдающуюся решению проблему. Подавляющая часть воинов созидатели и лишь малая часть совершенствуется в разрушении, чтобы все остальные смогли стать творцами и созидателями.
Оставлять под памятником цветы запрещено из гигиенически — санитарных соображений. Официально — всем. Неофициально — всем, кроме двух человек. Мотылёк положил свежую, с дрожащими лепестками, розу рядом с двухдневной давности розой Коня. Вздохнул. Постоял секунду, крепко сжимая Наташину ладонь. Затем встряхнулся, будто выныривая из воды на воздух. Улыбнулся, на миг, чуть сильнее сжав Наташину ладонь. Та ответила столь же коротким импульсом сжатия.
Мотылёк замотал головой.
Неизвестно нашёл ли он то самое место, о котором рассказывал Конь или какое-то другое. Уютная поляна, укрытая от вечерних ветров и посторонних взглядов зелёными холмами. В образованной ими ложбинке чернеет след от костра и, видимо, не от одного. Рядом с обложенным кругом из камней старым кострищем, вместо стульев, стояли сухие, практически окаменевшие, деревянные чурбаки и старый, протёртый, обшитый водо и пылеотталкивающим покрытием диван. Кто его сюда притащил, откуда, зачем — тайна покрытая мраком. Если взобраться на один их холмов, открывался чудесный вид на город. А если обернуться, можно увидеть огни расположенной неподалёку военной части. Подними голову вверх — там успели проклюнуться звёзды. Весь мир лежал на ладони. Мир принадлежал им двоим, но его нельзя было спрятать в карман и унести с собой.
Потерять луну? Это и вовсе невозможно. Также невозможно, как — сразу и сравнения не подберёшь — как если бы красная армия проиграла империалистам или святошам. Невозможно. Категорически!
В кои-то веки выдался свободный вечер. Его просто обязательно нужно было провести вдвоём. Но даже этим редким вечером, больше похожим на свидание, разговоры молодых супругов велись на околорабочие темы.
— Хорошо, что вы пришли — без особой радости ответил единственный взрослый в детской кампании: — Посмотрите, что здесь происходит.
— Ещё полчаса назад.
Наташа захлопала глазами. Мотылёк продолжал: — Всю чернореченскую битву провалялся в медикаментозном сне. Последний раз тренировался в стрельбе ещё в институте, на «военке». И вообще…
— Хочу — сказала девочка. Искоса посмотрела на своих товарищей и одноклассников. Упрямо мотнула головой, добавила: — И стану!
— Как ты меня любишь? — спросила Наташа.
— Как объяснить?
— И я тоже так думаю — вставила Наташа: — А ещё через раз приходишь ночевать домой. Я чуть было не подумала, что вы там с Конём вдвоём обосновались в лаборатории.
— В город, куда же ещё?
Идти к городу минут двадцать. Даже меньше, если отсчитывать начало города от складов для необработанной руды. Шли молча. Наташа видела, как любимый мнётся. Смотрит на неё, когда ему кажется, что она не видит. Хочет спросить, но не решается.
— «Товарищ девушка» — улыбнулась Наташа: — Помнишь?
— А зачем Тарлану гражданство и формальное признание разумным существом. Прав ему и так хватает. Только обязанностей добавится. Думаю, он здесь полностью счастлив. Зачем ему что-то менять?
— Нет, за это не благодарят. Просто спасибо. И даже не тебе, любимый. Не делай такие грустные глаза! Всему миру спасибо за то, что он есть и за то, что так бесконечно прекрасен. Нашей стране спасибо, нашей прекрасной стране.
— Ты объясни родителям как было — посоветовал Мотылёк.
— Слушай, как у тебя получается всё успевать? — поднял голову Мотылёк.
— Мы воины! — гордо заявила девчонка: — Ребята, может оставим одну лампу? Темно уже.
— Секрет крайне прост.
Ночь взбиралась с земли на небо, затемняя горизонт и зажигая новые и новые звёзды.
— За то, что люблю?