Мальчишка испытующе посмотрел на него, но решился и закончил: — Мы не играли. Мы готовились.
Поговорив с братом, Мотылёк набрал чернореченский номер комсомольского штаба. Увы, ни Малиновской Светы, ни Гончара Николая там не оказалось.
— Она — с облегчением признался Мотылёк.
— Всё будет хорошо, Денис — заверила Эра: — Береги себя, Наташу и Костю, а за меня не беспокойся.
— Молодец — трепал пса тот самый сын мастера: — Вовремя вернулся с подмогой. А то бы этот там написал. Мне про него отец рассказывал.
— Преувеличиваешь — возразила Наташа.
— Жалко — согласился Мотылёк: — Надо было сразу закладывать меньшее количество кластеров. Хотели побольше, да и предварительные расчёты показывали…
— И мне — согласился другой мальчишка: — Человек, который знает всё лучше всех.
— Задолбался я быть администратором — жаловался Коню Мотылёк: — Со всеми отписками, ответами и решением бытовых вопросов не успеваю заниматься настоящим делом. Доходит до того, что я вынужден расспрашивать руководителей групп о последних изменениях и новостях. И это вместо того, чтобы непосредственно участвовать в процессе, самому творить новости и находиться на острие научного поиска. Надоело.
— Добрый вечер — поздоровался он выходя в круг света.
— Спасибо за свет, товарищ — улыбнулась Наташа: — Идите уже, воины. Надеюсь, вашими противниками будут пространство и опасности дальнего космоса, а не другие люди.
Захватив из столовой пакет с бутербродами и два термоса, с горячим мятным чаем и холодным апельсиновым соком, они вышли за небрежно очерченную городскую черту, в «поля». Конь как-то рассказывал о неком живописном месте. Сейчас Мотылёк пытался отыскать его по смутно запомненным приметам. Наташа доверчиво шагала следом, не задавая вопросов о конечной цели похода.
— Ещё бы! Думаешь: почему последние две ночи ночевал в лаборатории, а не дома? Возле дома караулят какие-то личности жаждущие присосаться и отнять драгоценные мгновения моей жизни. Я им, видишь ли, не ответил на какие-то там запросы. Три четверти из них разойдётся самостоятельно, а если я по настоящему кому-то нужен, то найдут и в лаборатории. Конечно, лаборатории при заводе режимный объект, но я придерживаюсь принципа, что если кому-то что-то очень нужно, то он может это получить, сколько бы препятствий не стояло на пути. А если не получил, значит не очень-то и хотел.
— Жалко — сказала Наташа.
— Да нет же. По мне: Тарлану можно хоть завтра советское гражданство выдавать. О чём они там, в институте генетического конструирования, думают. И куда смотрит товарищ Акронов?
— Давай.
— А я? — спросил другой мальчишка. Вернее девчонка с короткой мальчишеской стрижкой и в одинаковом с мальчишками псевдоармейском повседневном комбинезоне.
Наташа ждала и Мотылёк решился. Зачем-то посмотрел себе под ноги, поднял глаза, отвёл, поднял снова и выдохнул: — А я, по твоему, воин?
— На позапрошлой неделе.
— Эра?
В последнем не было ничего необычного. Любая целенаправленная деятельность, особенно обучение чему-то новому, изменяет разум. Мотыльку не нравилось добровольное превращение Эры в оружие. Но что он мог поделать?
— А что я могу сделать? — Мотылёк заметил вывеску недавно открывшейся столовой и повёл девушку туда. Обедал он тремя чашками кофе и одним бутербродом. Да и тот, кажется, не доел. Оставив надкусанным на тарелке в заводской столовой, получив срочный вызов от Голешкова. Есть хотелось зверски: — Что я могу сделать? Лучшие суперкомпьютеры у нас и у интеллектов. Мы и так занимаем вычислительную мощность где только можно и где нельзя тоже. Должно быть, нас уже проклинают сотни человек. По их мнению мы не только отхватили себе лучшую вычислительную технику, но и беззастенчиво занимаем вычислительное время у остальных. Чувствуешь эхо проклятий их отложенных или зарубленных из — за нас проектов? У — у — у.
— Игнорирование девяносто девяти процентов входящей корреспонденции — заржал Конь: — Если что-то важное, то напомнят второй раз или третий. Сосредоточься на главном, друг мой и со спокойной душой забивай на всё остальное. Жизнь слишком коротка и интересна, чтобы тратить её на всякую ерунду!
— Почему не считается? Ладно, в любом случае промежуток получается слишком большим.
— Не стоит. Я не по делу. Просто хотелось поговорить с оставшимися друзьями — смутился Мотылёк.
— Точно? — спросил Мотылёк.
— Пока этот не пришёл.
— Помирился.
Дальше терпеть она не смогла и засмеялась.
— Знаешь, что я решил? — спросил Мотылёк.