— Ой, я об этом еще пожалею, — решил я, но все же пересилил себя, прополз несколько разделяющих нас метров, после чего шлепнул Глорина прямо по ране. Тот взвыл, но тут же смолк, видимо призванный мной холод уже сделал свое дело. Энергия, поддерживающая тело, кончилась совсем, рана в груди снова плеснула болью, сознание плавно скатилось внутрь амулета, кажется, гномы пытались что-то у меня спрашивать, но я их уже не понимал. Однако совсем тело я без внимания не оставил, а то мало ли, вдруг дышат перестанет.
— Нет, ну всякого я, Трор, сын Дрого, ждал от людишек, но чтоб такого! — продолжал бесноваться чудак, одевший на борту корабля доспехи. — Ученику дать клеймо и прислать, это надо же! И ведь не придерешься, ууу хоктар грехеймн… Чего ты можешь то?
Гном повторил свой вопрос и похлопал по щекам. Фух, кажется, уже стало чуть лучше, во всяком случае, зрение почти вернулось в норму, а вот слова были мне абсолютно непонятны, хотя нет, стоп, понимаю, он спросил: «Ты разве живой?». Но куда делась легкость в общении? Язык, которым Сардас владел в совершенстве, стал для меня как будто иностранным, теперь он слышится мне на уровне «твоя моя понимай», хорошо хоть я болтал на нем, пусть и с посторонней помощью, уже довольно долгое время и теперь пусть и с трудом, но мог связать пару фраз.
— Вылечу от запора всю команду сразу. Судно, потом, конечно, по запаху даже в океане найти можно будет, но толку-то с того? На палубу то все равно ни одна живая душа не сунется, да и высшая нежить может побрезговать.
В переводе это должно было значить: «Живой, кажется. Что со мной?». Мда, судя по всему, Сардасу пришел если и не каюк, то его ближайший родственник. Сильно надеюсь, что полуэльф просто временно недееспособен… но надежды на это мало. Повреждения материального тела это одно, но у Сардаса что-то с душой, а вот это уже очень серьезно, да и то, что я чувствовал, когда брал под контроль тело полуэльфа, очень уж было похоже на клиническую смерть. Дыхания, судя по удушью, не было, сердце не билось, но мозг еще оставался жив. Промедли я еще чуть-чуть и мог бы попрощаться с реальностью.
Интересно, что же это за береговая охрана такая, что напугала гномов? Ой-ё…
— Айейо — не совсем членораздельно сказал один из них.
Сардас оказался шокирован видом команды корабля, состоящей из подгорных жителей, а я исходящим от них запахом. Блин, чем это от них несет? Рыбой тухлой, что ли?
— Попробую, — решил я, прикинув остаток энергии, но ничего не обещаю.
Один из змеев приблизился опасно близко к кораблю и тотчас же за это поплатился. Около полудюжины гарпунов бессильно скользнули по чешуе или плюхнулись в воду, но еще столько, же застряло в плоти чудовища.
— Далеко, не достану, — буркнул я и стал искать щит. К моему удивлению гномы спешно закрывали себя теми самыми спасательными плотиками, наличию которых я так порадовался. Ну… в принципе не все ли равно, что это такое, спасредство или кустарный башенный щит, в любом случае, идея хорошая.
Девушка, которая была среди компании безучастно стояла и не шевелились.
— Не может этого быть? — начала возмущаться дама как только мой рассказ подошел к концу. — Да вы что тут с ума все посходили?! Эльфы! Магия! Колдуны! Да вас всех в сумасшедший дом надо направить на длительное лечение! Да, да, на лечение! В палату для буйных! И не смейте меня затыкать!
— А где маг? — осторожно спросил гном. — С вещами внизу дожидается?
— Нет, — не согласился со мной Трор. — Нам уже повезло, причем довольно давно, года четыре назад. Мне и Глорину. Мы тогда вместе с моим кузеном, ну с Глорином, у нас дед один, вместе со старшими родственниками в Волнолом по торговым делам попали. Выдали нам родичи по приезду какую-то мелочевку на девок и пиво, да вот только в тот день не до того не до другого ни один из нас так и не добрался. Нет, поначалу все как всегда было. Пришли в таверну, сделали заказ, служанку ущипнули… А потом вместо того, чтобы с ней и ее подругой наверх подняться сели в карты играть. Очень уж у служанки грудь была. гм… выдающаяся. А проигравшему подруга доставалась. Только мы карты достали, к нам парочка моряков подсела и тоже решила ставки сделать. Ну, мы и приняли. И выиграли у них все что было. Они у знакомых заняли, и отыграться попытались, но только все спустили. Потом они за еще кем-то из своей команды сбегали… потом еще… Корочек у утру их капитан, оказавшийся в той же таверне, поставил корабль против всего того, что мы успели у его людей выиграть. Стоила тогда эта лоханка мало, так как мало того что протекала, так еще и выглядела как дырявое корыто. Но, так или иначе, она оставалась мореходным кораблем, а значит стоило дорого. И фортуна нам улыбнулась.
— Это какую? — заинтересовался кто-то в толпе.
— Хорошо сказал! — в голос заржало несколько голосов. — Как звучит! Так его! Так! Ишь, как покраснел, эльфеныш!
Щеголявший блатным жаргоном по любому случаю тип оказался мелким уголовником, который мог открывать замки без ключа. Просто чувствовал, куда нужно щелкнуть любой хитрый механизм, чтобы тот открылся. Его из тюрьмы выпустили по амнистии… в воротах тюрьмы он сознание потерял и очнулся часа за два до жертвоприношения. Помниться, я видел людей с кляпами во рту, вот одним из них он и был.
Больно не было. Просто зрение тела вдруг свернулось, как изображение телевизора, у которого выдернули шнур, а мою сущность, находящуюся в глубине амулета, швырнуло о стенку беседки, разорвав контакт с Сардасом. Последнее, что я успел увидеть, перед тем как полностью оказаться в пространстве артефакта, был полупрозрачный силуэт полуэльфа, ошеломленно смотрящего на собственное тело в ареоле перламутрового сияния.
— Нет, — помотал головой дед, — я же сказал, охотник я. Вот только места у нас глухие, всякое водиться, в том числе и звери-людоеды. Ну, или не очень звери. Троих таких я за свои пятьдесят девять уложил… причем последних двоих аккурат на прошлой неделе… Ну то есть на той, которую я помню.
— Да откуда они берутся? — взвыл я, — катапультируя нападающего в океан.
— Кцайй! — рубанули меня со спины. Не то чтобы было больно, все же магический доспех не пробило, но очень добавило адреналина итак плещущего через край. После того, как Сардас развернулся, то обнаружилось, что убивать там уже некого. Раненные гномы уже пытались вытереть одеждой сяньца свои забрызганные кровью лица.
— Да зачем куда-то идти, если он и так здесь, а я сам первый помощник, — вздохнул мнимый часовой, — и кивнул на внимательно смотрящего на меня бородача облаченного в богато изукрашенный камзол в паре метров от нас. Тот перестал раскачиваться на табуретке, на которой сидел, подтверждающее кивнул и потянулся к кувшину, стоящему рядом с ним на палубе.
— Кцайй!
— Щас все объясним, — увели его конопатый Вадим. — Только подкормим тебя чуть-чуть.
— И что ж вы, двоих оборотней врукопашную ухайдакали? — ахнула Зоя.
— Что, неужели сказало, что сегодня ты не мисс Вселенная? — заинтересовался худой парень.
— Хей! — неслось над волнами.
— Ого! — поразился я такой удаче. — А отнять у вас выигрыш, по-тихому прирезав, не пытлись?
— Куда она денется с подводной лодки, — остановила его девушка с пирсингом. — Закончиться энергия, встанет болванчиком, засунем ее обратно в клетку, батарейкой работать. Ну что ж, коллеги по несчастью, давайте знакомиться. Вера. Со сверхъестественным впервые столкнулась во время практики в институте три года назад. Меня на кафедру истории определили, там у нас нечто вроде музея, куда сволакивают всякий вроде как могущий быть артефактным хлам с чердаков. Нашла там зеркальце в простой деревянной оправе, вот только оказалось оно непростым.