— Папа очень сильный, он мамочку в обиду не даст! — ответила ему Стеша. — Да, пап?
— Боялась, что я поеду и устрою мордобой, поэтому даже не позвонила и решила всё сама? — наконец выдавил он. — Предпочла поддаться на шантаж и не искать других путей? Или потому и не стала, что речь шла о Гаджиеве, а не о ком-то другом?
В эти минуты Виолетта себя ненавидела. Из-за её неспособности справиться с прошлым и страха потерять то, что имеет, страдают эти маленькие звёздочки, самые родные люди на свете. Но если она этого не сделает, если не отошлёт их, жизнь Стефа и Стеши может перевернуться с ног на голову. Вернее, её в силах перевернуть один прущий напролом индивид, который вряд ли будет считаться с чужим мнением. Если уж он решился шантажировать саму Виолу, чтобы силой привязать к себе (и пока непонятно, зачем ему это понадобилось и как на ситуацию смотрит Лена), неужто остановится и ничего не сделает, если узнает об общих с ней детях?!
— А что по поводу временного переезда детей?
— Жду не дождусь, когда он уже появится и я смогу взять его на руки, — Грибанова тоже погладила свой живот и проводила друзей до порога.
Тётя Света и дядя Женя переглянулись. Кажется, они подумали, что сын и невестка наконец-то решились посвятить время друг другу, поэтому поддержали игру.
— И ты готова отпустить малышню так надолго?
— Я намереваюсь регулярно их проведывать. После вечерних тренировок, когда будешь забирать меня из клуба, можем заезжать к ним, — выдвинула она предложение.
Когда Виолетта шла с мужем к машине, она поняла, что откладывать больше нельзя. Свернув к детской площадке, Виолетта позвала его за собой и выпалила, пока хватало решимости:
От его слов кольнуло в груди.
Глава 20
В понедельник Виолетта занялась организацией временного переезда детей: собрала необходимые вещи (в том числе тёплые, на грядущее похолодание) и игрушки, договорилась с воспитателями в детском саду и написала заявление, чтобы всё было по закону. Из сада забрала сама, раньше, чем обычно, чтобы успеть вдоволь наобниматься и проводить малышню, прежде чем ехать на вечерние занятия. Она стояла и махала вслед удаляющейся машине, увозившей свёкров и двойняшек туда, где им будет гораздо лучше и спокойнее. Должно быть!
Яр расцеловал их ещё с утра, а сейчас был на работе, хотя собирался отпроситься пораньше и отвезти Виолу в клуб. Она его отговорила, не хотела возможного выяснения отношений между заклятыми соперниками на глазах у многочисленных учеников. Вечером, когда за ней заедет, и студию сможет посмотреть, и с Тимуром пообщаться, если захочет, но к тому времени хотя бы подопечные разойдутся и беседа не будет при народе в хороводе.
— Тот самый Виталик, который приходил записываться в субботу? — припомнила Виола, всё ещё не поднимая глаз от коробки и внутренне молясь всем Богам, чтобы Гаджиев поскорее отошёл.
— Ну вот и замечательно, занимайтесь усердно, скоро турнир, — напутствовал президент и вошёл в зал Виолы.
Он был одет в тренировочную форму, и, судя по всему, у него только что тоже закончилось занятие.
— Это был ты? — начала она с места в карьер, когда они с бывшим одноклассником остались наедине. — Подглядывал через щёлочку.
Виолетта смотрела, как её персональная Немезида общается с сыном, и не узнавала бывшего одноклассника. Спокойно, доброжелательно, не давит авторитетом, ведёт за собой, но не подгоняет в спину. Мальчик (сколько ему, пять?) повторяет за тренером (и отцом), и выглядит это так умильно. Виола бы никогда не подумала, что из Гада может выйти хороший отец.
— Моя жена ведь сказала, что её рабочий день окончен! Разве нет? — из коридора к ним шагнул Ярослав и, быстрым движением сцапав Виолетту за руку, задвинул себе за спину. — Думаю, вам, господин президент, не стоит злоупотреблять своим положением. Я не настолько лоялен, как Виолетта.
— Можно сказать и так… — расплывчато ответила Виолетта. — Этот дядя, Тимур Алиевич, директор нашего клуба, а рядом Елена Владимировна, его партнёрша и жена. Они тоже тут преподают. Если их увидите, обязательно поздоровайтесь.
Подопечные Виолетты, переговариваясь и пересмеиваясь, тянулись к выходу из зала, и вдруг от двери до неё донёсся голос Игорька:
— То есть моё мнение в данной ситуации не учитывается? — процедила она.
— А это кто? — семилетняя Полина указала на снимок Гаджиева и Дороховой. — Ваши друзья?
Гад подошёл ещё на шаг, заставив Виолетту напрячься.
Чёрт, а ведь не возразишь же, имеет право проконтролировать процесс, по крайней мере в первый день.
«М-да, а всё так хорошо начиналось…»
— Это здорово, партнёрше с ним повезёт.
Но не только детям понравилось на новом месте, Виолетта тоже получила массу удовольствия. Время пролетело почти незаметно. Попрощавшись с учениками, она наклонилась к музыкальному центру, чтобы поставить диск с музыкой для разминки: вот-вот придёт следующая группа, теперь уже ребята из «Престижа». Перед встречей с ними Виола немного волновалась. Это будет несколько иной контингент детей, с другим уровнем достатка, и оставалось надеяться, что всё пройдёт хорошо и никто не будет особо «звездить» или валять дурака.
У Мурата была партнёрша, Мила, очаровательное русоволосое создание. Ниже его на полголовы, она тянулась за ним и тоже очень старалась. Из всех трёх пар этой группы они были подготовлены лучше всего. Но чем больше Виолетта смотрела на этого мальчика, тем сильнее в ней поднималось непонятное беспокойство. И когда после окончания тренировки на пороге показался Тимур, а маленький Мурат поспешил к нему и назвал папой, в груди Виолы что-то перевернулось.