Кис рванулся еще сильнее и выскользнул из рук мальчишки. И только тут до них дошло, что Дог смеется. Нет, хохочет, заходится в пароксизме веселья.
– Да нас всех здесь, как лохов, развели с этой миссией! – взревел Георгор и тоже схватил камушек.
– Ты на кого когти растопырил?! – прошипел Лет, оттирая кровь с лица. Глубокие царапины тут же затягивались, кое‑где уже исчезая совсем бесследно. Здоровый мальчик! – Ты кого здесь предателем обозвал, ошибка природы?
– Уважаемая леди Киниада, то есть Кида, Вы меня поймите… А можно мне разговаривать с Вами на ты? – и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Так вот, Кида, я очень устал и не думаю, что сейчас, после сегодняшнего происшествия, смогу насладиться твоей любовью. Ведь она не взаимна.
– Вот этим, – я сделал то, что не думал, что когда‑нибудь сделаю – достал самый обычный нож и вспорол себе запястье. Ася вздрогнул. – Главу клана можно убить, вызвав на открытый поединок вампиров, и я только что это сделал.
– Теперь в праве, дурачок, – промурлыкала, изящным жестом руки, отметая все сомнения. – В ваш мир пришел тот, кто нарушил равновесие. Это не моя вина. Тот, кто призвал его, открыл путь и мне. Не будет призванного, не будет и меня. Убейте его, вышлите, развоплотите, делайте, что хотите. Я чту договор, но и вам придется его чтить, – она обвела взглядом собравшихся. – Я ясно выразилась?
– Аа‑а‑а!
– Покажешь нам Киду? – ласково спросил я, и зеркало мигнуло радугой.
– Нет, благодарю. Думаю, я позавтракаю и пойду любоваться местными достопримечательностями в одиночестве.
– Да ладно, не истери! – отмахнулся Сыр. – Сам чуть не угробил, сам и спасать приволок. Выживет твой мяу‑Кевин, не бзди.
– Леди Киду, – решил я.
– Сегодня на рассвете, – будничным голосом сообщил он. – К вашему дому уже стекаются люди, цель которых следить за тем, чтобы вы никуда не делись и предоставили этому уважаемому господину в полной мере насладиться вашим раскаянием. В прямом и переносном смысле.
Гость склонил голову, признавая ее правоту.
– Я тоже принимаю участие в этой абсурдной затее только из‑за золота. Но ради торжественности момента все вы могли бы промолчать, – поморщился Георгор.
– Кида, – Диана воровато оглянулась на мужчин, но те занимались своими делами, не обращая на нас внимания, и дриада серьезно продолжила: – Я чую опасность, что нависла над тобой, твоим отцом, над всеми драконами. Звучит глупо, банально, но это так. Ты должна быть осторожной, но не настолько, чтобы так отдалятся от своих спутников. Они могут помочь тебе, всему твоему роду. Доверяй…
– Ну давай, только чур ты первый.
– Сколько вопросов! – старик тихонько засмеялся, тряся бородой. – Впрочем, я ждал, когда ты спросишь, иначе не было б смысла тебя чему‑то учить.
– Очень постараюсь, но не могу обещать, – покаянно произнес маркиз.
– Эти крылатые ящеры были практически неуязвимы. На них не действовала магия, а стрелы и горящие ядра просто растворялись в их защите, – встрял Георгор. – Что мы только не пробовали, но любые снаряды исчезали, не долетая полметра до дракона
– Дура‑а‑ак! Ой, дура‑а‑ак! – счастливо протянул Аль. – Не удивительно, что демон так за тебя ухватился. Не то что не дисквалифицировал за шулерские трюки твои, а еще и сыграть снова предложил! Да знаешь ли ты, вьюнош, какой редкий дар тебе достался?!
– Ах, ты!.. – в голосе Леры снова прорезались визгливые нотки, и я почел за благо прекратить очередной скандал в зародыше.
В самом сердце леса пролегал старый купеческий тракт, по обеим сторонам его плотной стеной росли старые, много повидавшие на своём веку ели. Меж них пробивались сравнительно молодые вязы, которые будто бы что‑то шептали своим старшим сёстрам. Тракт был усыпан иглицей и, как ни странно, сух несмотря на дождливое лето. Это был главный торговый путь, связывающий столицу с Риеэрвильской равниной, где правили эльфы, на востоке Аринфорской Империи, и проходил он через неприметный городк под названием Ридер, расположенным почти на самой границе. По тракту в сторону Ридера мелкой рысью двигалась лошадь, несущая на себе всадника, закованного в броню. Поговаривали, что в такое время путешествовать по лесу в одиночку не рекомендуется: уж очень вольно чувствовали себя разбойники в этих приграничных районах империи. Легион конников, высланный самим императором, не смог ничего изменить. Он только взял под контроль небольшой, сравнительно открытый участок в окрестностях города. Дальше в глушь конники не совались. Разбойники, хорошо изучившие эти леса, просто вырезали их поисковые отряды, не оставляя воякам ни единого шанса. Но казалось, всадника это нисколько не волновало. Он просто ехал, любуясь луной, благо позволяла ширина тракта, погружённый в свои мысли, и периодически – не от страха, а из любопытства – вглядывался в громаду леса, пытаясь хоть что‑то увидеть в этой непроглядной тьме. Забрало шлема было поднято, и в свете луны можно было рассмотреть его молодое лицо, с удивительно правильными чертами. Прямой нос, тонкие губы, слегка выступающие скулы и большой шрам, который тянулся от правого уха, и почти доходил до верхней губы. Лишь глаза скрывала густая тень шлема. Спину путника укрывал черный плащ. Слева на дорогом седле прекрасной работы, в кожаных ножнах покоился меч. По эфесу можно было определить, что это работа гномов. На поясе всадника искушением для лихих людей болтался туго набитый кошелёк. Лунный свет играл на пластинчатых доспехах, не стесняющих движений. Человек уже много дней провёл в пути, но усталость его как бы не касалась. Любое его даже случайное движение было скупым и четким, выдавая в нем воина. И в тоже время в его осанке было что‑то аристократическое. Казалось, что эта прогулка по ночному лесу наполняла его радостью. Радостью, присущей любому существу, радостью жизни.
– Наверное, у нас их тоже когда‑то сослали, а теперь не сознаются, – пожал я плечами, – вот они и смылись. А в Эмире до этого не додумались, и эльфы там очень даже наглые и временами агрессивные. Он нам чуть Киду не прирезал.
– Нужна твоя помощь. Старики передрались.
Никто с Дианой спорить не стал, и все кроме меня, дружно занялись установкой лагеря.
Девушка подчинилась, едва переставляя ноги. И дело было не только в усталости. От одной мысли, что Хас сейчас снова прикоснется к ней, начинало тошнить, и спину пронзала острая боль. Рука в алой перчатке легла ей на плечо, словно стремясь прижать к полу, но головы Морганы Хас не коснулся.
– Ии‑и‑и‑и! – по‑бабьи завизжала красавица, теряя царственное достоинство и вертясь на месте. Вокруг нас радостно взвились в небо пыльные смерчи.
Да! Просто гениально!
– Это апгрейды! – сообщил он спустя минут пять, когда мы оба немного успокоились. – У Аля – косички, у тебя – проплешины.
Обучение Дога продвигалось очень быстро, он все схватывал на лету. За несколько недель юноша приобрел все необходимые для выживания в этом мире знания и, посчитав, что этого достаточно, старый маг принялся преподавать ему теоретическую магию.