"Сомневаюсь, что если даже я расскажу о нём что знаю, ты поймёшь… – тяжёлый взгляд двух неживых каменных буркал упёрся в лицо Рика. – Всё, что найдёте кроме одного, нужного мне – ваше. Плюс с меня задаток. Десять саронов сейчас, ещё двадцать по выполнении заказа".
– Я‑ау, мальчики, рад, конечно, что вы поладили… но ты, в" Ася, случайно на сторону пеликанов не перешел?
– Брось, Ша‑Нор, не думаю, что Кида знает об этом нападении больше нашего, – заметил Сайрус. – Хотя с тем, что она явно не благородная леди, спутников которой убили тролли, не поспоришь.
Глава четырнадцатаяВОСПОМИНАНИЯ И НАПОМИНАНИЯВинсент(Айлин.)
– Не, этого я так просто оставить не могу! – дёрнул головой Рик.
И он моргнул, почувствовав себя почти счастливым от того, что она снова с ним. Она опять заговорила, обращаясь к нему, не давая уплыть из этого зыбкого слоя реальности в другой – темный и бесконечный. Он не знал, сколько прошло времени. Она, ее голос, все время оставались с ним. Лишь однажды она снова отвлеклась, когда бас сообщил, что они вытянули какого‑то маркиза, и теперь он просто в обмороке.
Моргана вновь улыбнулась уголком рта, вспомнив все свои страхи и переживания в восемь лет: а ну, как не проявится Дар; а ну, как слишком много в ней "обычной" крови. Но все обошлось. И ее первый камень, самый обыкновенный булыжник, подобранный в пыли, поведал ей о недавней драке щенков, что произошла поблизости от него. Незначительное событие, но оно осело в памяти Морганы на всю жизнь…
– Угу, – вздохнул охранник.
"Не съест, не боись. Я сейчас в обморок хлопнусь. Скажи, где мне лучше приземлиться, чтобы тебе сподручней ко мне в карман залезть было?"
– У Рола вообще, кроме вампиров, другие друзья есть? Это он потому меня заклинаниям не учил? За своих приятелей опасался? – выпалила она, изо всех стараясь, чтобы ее голос звучал решительно.
– А ну, хватит! – прошипела девушка, отталкивая его руки, отстраняясь от молодого человека и принимая вертикальное положение. Голова до сих пор кружилась, а в глазах то и дело возникали разноцветные всполохи, но Моргана не привыкла проявлять перед кем бы то ни было свои слабости.
– Не нужно быть таким пессимистом, – говорила я так только для проформы, всю серьезность ситуации я отлично понимала
…Однажды кто‑то сказал ей: "Человек жив для тебя до тех пор, пока ты не увидишь и не услышишь, как землю бросают на крышку его гроба"…
– Сейчас Лет и Сириус вернутся, и решим, как будем сражаться, – поддержал его Дог.
Мы вошли в гостиную. Анита стояла у окна: серебристо‑белые волосы заплетены в эльфийскую косу, белая туника выгодно подчеркивает фигуру. Кхм, не хочется повторяться, но она прекрасна…
– Совсем резерв не экономит, дуреха! – процедил вампир.
– Я на тебя не охочусь, – усмехнулся я. – Но можешь считать, это была неплохая попытка увести меня подальше от девушки.
Конечно, рассказчик из меня не такой уж замечательный, до де Барануса мне далеко, но Винсент снова оказался благодарным слушателем. Мне даже показалось, что глаза его затуманились, когда я рассказывал о нападении на дом герцога и смерти Кристы. Словно он очень хорошо понимал состояние юного Эрмота, сопереживал ему.
Движения пальцами, которые она при этом делала, живо напомнили мне о печальной судьбе эльфийского уха.
Молодой человек замахнулся на мерзко хихикающего клетчатого урода, понял, что Аси рядом уже нет, и в который раз подумал о том, что так и не выяснил, что же из себя представляют эти их маги, которым удается выделывать такие штуки без помощи дарующих.
– Мне трудно объяснить, – признался я. – Изах впихнул в меня кучу теоретических знаний, но это знания его мира. А на практике я пока ничего особенного не применял.
– Да? – смутился я, но почему‑то стало очень приятно. – А что хотел‑то?
Кис на мгновение застыл, видимо, размышляя, стоит ли обращать внимание на мои рекомендации, или лучше продолжать меня игнорировать за столь хамское, с его точки зрения, обращение. Скосил глаза, стараясь, чтобы я этого не заметил, но из такого положения разглядеть собственные лопатки было невозможно. Вздохнул. Еще пару раз лизнул уже мокрую конечность. Потом, наверное, врожденная кошачья чистоплотность взяла верх над гордостью, и он вывернул шею, чтобы проверить правдивость моих слов. А убедившись, взвился в возмущенном прыжке, оттолкнувшись сразу четырьмя лапами, приземлился, изогнувшись еще в воздухе, и принялся яростно отдраивать языком тускло‑рыжую клетку. Я от души наслаждался этим нехитрым зрелищем. Даже мышь выползла из укрытия и взирала на чистюлю‑кота почти с умилением.
Особо прислушиваться не было нужды: за дверью орали.
– А с остальными поделиться весельем не хотите? – заинтересованно вклинилась драконша.
– Ы‑ы… баба, – раздалось над ухом Морганы чьё‑то довольное ржание. – Небось, как всегда Кевин притащил?
– Я не голоден и лучше поищу пищи для ума. А ты покорми мальчика, он выглядит измотанным. И расскажи ему, что знаешь.
– Гралиофорг, у меня нет другого выхода, – Эрмот покачал головой. – Ты встал у меня на пути. Видят боги, я не хочу тебя убивать, ты был другом моего отца, но выбирая между тобой и собой, я выбираю не тебя, прости. Я не могу тебя отпустить, но я могу подарить смерть, достойную воина. Защищайся!
– Этернидад… почему?..
Я бросил еще один взгляд на Леру и, откинувшись на траву, снова предался воспоминаниям.