«В старом нет изъяна. Я просто не в том месте».
В процессе, он наслушался разговоров о том, что западники ничем не хуже имперцев, лишь бы платили звонкую монету. Задал пару наводящих вопросов, но не услышал ничего нового: войска на севере города, Макз во дворце, архимаг вроде бы в башне; тюрьма где-то есть и чёрт с ней, никого из отряда туда не утащили, так что наплевать.
Летар отряхнул руку — удар чуть не стоил ему костей. Зато точно стоил костей его цели. Не заботясь более о скрытности и скорости, Летар взял меч у стены, поддел пояс насильника и распорол его, чтобы снять кинжал вместе с ножнами. Даже в темноте он заметил, как темнеют штаны, и брезгливо поморщился от сопутствующего запаха. Вид никогда не был проблемой, но запах — совсем другое дело.
В южной части города ему стало спокойнее. Встретить в этом грязном аду хоть один патруль западных солдат ему представлялось крайне маловероятным. Чутьё не подвело, он протиснулся через весь массив трущоб без единого намёка на проблемы.
— Но мы же всё ещё здесь торчим почему-то.
Летар вернулся в лагерь наёмников и, стараясь не попасться на глаза писарю, ждущему возвращения своих посланников из тюрьмы, пробрался к своей лежанке. Трофейный меч вынырнул из мусорных ножен, и его новый владелец решил тотчас дезертировать, взяв курс на альмунский дворец.
Он оставил свою мудрость звенеть в ушах присутствующих и перебрался за стол, ухнув на табурет. Отточенным движением кресала о камень он высек сноп искр на выложенный в тарелку трут с опущенной туда лучиной, затем занявшейся лучиной зажёг сразу несколько сальных свечей на столе. Летар бы наморщил нос, но в наёмническом лагере даже свечная вонь ласкала обоняние.
— Хрен знает.
— Говоришь, ситуация со всех сторон дерьмо? — задумчиво спросил Летар. — Охотно верю. До сих пор не могу взять в толк, почему западники вроде люди, а ведут себя, как гарпии.
Летар взглянул на окружающий его мусор под новым углом.
Даже с учётом того, как длительное заключение должно было отразиться на Кирионе, ни в одном из пленников по ту сторону решётки нельзя было его признать. Разве что, Дерас воспользовался магией и изменил ему внешность шутки ради.
«Может ли быть такое, что Дерас уже давно не контролирует ситуацию?»
— Вставай. Уже утро, пора в тюрьму.
Летар поколебался, но всё же шагнул к женщине, стянул с себя перчатку и прикоснулся к шее.
Последовавшая за этим ослепительная вспышка белого света никому ничего не вылечила, но произвела должное впечатление на копейщиков, которые поспешили отпрянуть от Летара.
— А деньги-то есть, пёс? Или думаешь мы пустим тебя задарма? — копейщик осклабился.
Дежурившая на входе четвёрка часовых лениво осмотрела идущих к ней имперцев, и даже не похваталась за оружие. Прежде чем слушать, зачем сюда припёрлись наёмники, старший из западных солдат отдал приказ их обыскать.
— Вот твой капитан, — сказал он Летару, но тот будто не услышал, пройдя ещё несколько шагов.
— Как тебя звать? — обратился к Летару толстяк.
Как он и предполагал, двусмысленная фраза мгновенно вырвала Ганака из сна. Недалёкий наёмник подскочил и упёр ошалелый взгляд в убийцу, беззвучно зашевелив губами в знак протеста. Прежде, чем хоть одно слово выскочило из его лёгких, Летар жестом приказал успокоиться.
— Дьявол, — в сердцах выругался Летар и взмахнул руками, прежде чем его насадили, как поросёнка на вертел.
Безжалостная неопределённость сдавила горло, и Летар осознанным усилием заставил себя отвлечься.
— Спросят про выпивку — пусть ищут в корыте, — сказал Летар недоумевающему заключённому и рванул прочь из тюрьмы.
Летар принял правила этой игры и намеревался следовать им с тупой уверенностью в собственных возможностях, пока не выдастся возможность сжульничать. Как только убийца хотя бы краем ноздри почует огнелист, Дерасу конец. Знает ли об этом Дерас? Нет. Вероятность, в которой Летар превзойдёт его по силам, должна обмануть ясновидение, даже в случае неудачи замысла с драконом. А вот существует ли такая вероятность вообще?
Летар почувствовал, как влип в тягучую смолу времени и не может из неё выбраться.
— Кого-то ищешь? — блеснул догадливостью Ганак. — Да пожалста, но каким хреном я отличу мага от немага?
Убийца вышел из шатра и посмотрел на небо. Серые облака решили устроить собрание, и по его итогам на землю вряд ли обрушится что-то страшнее мороси. Летар размял руки и вспомнил заснеженный путь до Альмуна с ноткой сожаления. Хоть где-то перчатки были к месту. Теперь же перчатки больше пригодятся Витилессе Лит и её армии, где бы та не находилась.
— Ладно. Но с чего такая прыть? Хочешь примазаться к западникам, целитель? Пойдёшь завтра на заре с Ганаком, его уже пропускали. Заодно отнесёте передачку для капитана. А я всю ночь буду молиться, чтоб всё обошлось.
— Правда? — пацан взглянул на Летара с каким-то новым градусом уважения, после чего исполнил просьбу убийцы. Его мать была куда как менее счастлива тому, что потенциальная угроза останется жива, и скривилась, глядя как кончики перчаток размазывают вязкий тёмный сгусток по лезвию оружия.
— А где сапоги? — невзначай спросил Ганак и гоготнул. — Не нашёл трупа по размеру?